Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 216 – Брэдли Бэлью

Эмре медленно моргнул. За окном вновь зацокали копыта, подъехал чей-то легкий экипаж. Эмре бросил взгляд в сторону окна, но промолчал.

— Она собирается в цветущие сады, чтобы стать полноценной Стальной девой, – продолжил Рамад. – Ты об этом знал? – Челюсть Эмре разжалась, взгляд смягчился. – Ты уверен, что асиримы сочтут ее достойной?

— Тут я ничего не смогу сделать, – ответил Эмре после долгого молчания.

Открылась и закрылась дверца арбы, донеслись голоса – слуги приветствовали гостью.

Рамад мотнул головой в сторону окна.

— Это, должно быть, она. Поговори с ней, Эмре, это все, о чем я прошу.

— Поговорить с ней?

— Да.

— О чем?

— О чем она пожелает.

Эмре недоверчиво прищурился.

— То есть твои люди побили меня и запихнули в арбу, чтобы я смог поговорить с Чедой?

— Именно так.

Эмре смерил его взглядом.

— Ты против Воинства, верно?

Он был еще молод, но точно не глуп.

— Я противник многих вещей.

— Ты их не найдешь. Я ни слова тебе не скажу. Лучше убей. – Его взгляд был таким яростным, что Рамад не стал переубеждать, только кивнул.

— Я тебе верю. – Открылась и закрылась дверь гостиной. – Но не думаю, что придется тебя убивать. – Он подошел и сжал плечо Эмре. Тот поморщился, отбросил его руку. – Просто поговори с ней.

Эмре взглянул ему в глаза, взвешивая все возможности, и кивнул. Рамад кивнул в ответ, и вместе они спустились на первый этаж.

Чеда уставилась на Эмре: на его опухшее лицо, на дорогую одежду. Да что, во имя всех богов, с ним случилось?!

Впрочем, Чеда прекрасно знала, что. Рамад. Его люди. Они притащили его сюда.

Но только она собралась сказать Рамаду все, что о нем думает, как он выскользнул из комнаты, избегая смотреть ей в глаза, и закрыл за собой двери. Вскоре и его шаги стихли в коридоре.

Эмре выдохнул, будто с его плеч гигантский валун свалился. Он шагнул к Чеде, но она уже бежала к нему сама: они столкнулись на середине комнаты и крепко обнялись – неожиданно крепко. Она прижалась щекой к его щеке, и гнев постепенно рассеялся, осталось лишь желание никогда больше не отпускать Эмре, забыться в его руках хотя бы на миг.

— Я думал, ты умерла, – прошептал он.

— Я тоже думала, что умерла, – прошептала она в ответ.

Они долго стояли так, и когда наконец смогли прервать объятия, Чеде показалось, что она вновь потеряла его, что Обитель Дев ее не отпускает.

— Выглядишь ужасно, – поморщилась она, разглядывая его синяки и ссадины.

Эмре пожал плечами и зашипел от боли.

— Проиграл одной крутой лестнице. – Он улыбнулся Чеде, припоминая ей ту дурацкую шутку. – Вышло неловко.

Она улыбнулась в ответ и легонько двинула ему в челюсть. Эмре задрал голову, сделав вид, что это был удар невероятной силы, и так же медленно-премедленно «вмазал» ей в ответ. Чеда не выдержала и рассмеялась. Какой же дурак! Но разве их самые дорогие воспоминания не о том, как они смеялись и дурачились вместе? Слезы Наламэ, как же она по этому скучала!

Эмре взял ее правую руку в свою, разглядывая узоры татуировок, коснулся подзажившего белого шрама на большом пальце – раны, которая, по словам Заидэ, никогда не заживет до конца.

— Боги милосердные, Чеда, что случилось?

Она помедлила.

— Долго рассказывать.

Эмре огляделся внимательно, будто высматривая шпионов.

— Мы тут одни. – Он подошел к тележке с большим графином красного вина и бокалами тончайшего хрусталя. – И времени предостаточно.