Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 221 – Брэдли Бэлью

А вот и слабое место в нашем плане, подумала Чеда.

— Он осторожный человек, Эмре. Послушает ли он тебя?

— Послушает, если узнает, что у тебя есть шанс убить Кулашана.

— Да Масид меня даже не знает.

— Я его приведу. – Чеда попыталась возразить, но Эмре поднял руку, веля ей умолкнуть. – Я его приведу, обещаю.

Чела кивнула.

— А я найду вход во дворец.

Дальше планировать было бессмысленно: никто из них не знал, что представляет собой подземный дворец Кулашана.

Они одновременно взглянули друг другу в глаза. Чеда чувствовала, что теряет его… вот Эмре отвернулся к потемневшему окну.

— Пора идти, – сказал он. – Хамид меня уже обыскался.

— Мне тоже пора, – солгала Чеда. Она могла бы провести тут ночь, но ей не хотелось ни мгновением дольше оставаться в этом месте.

Сначала Рамад должен отплатить за то, что сделал с Эмре.

Рамад долго ждал в кабинете, пока они наговорятся. Вполне естественно, что они засели в гостиной надолго, им многое нужно обсудить. Услышав, как скрипнула дверь, он нашел Чеду с Эмре в коридоре.

— Я ухожу, – с вызовом сказал Эмре.

— Прекрасно, мои люди отвезут тебя, куда попросишь.

— Я лучше себе ногу копьем проткну, чем снова сяду в твою арбу.

— Как пожелаешь, но у стражников на воротах могут возникнуть вопросы.

Эмре бросил неуверенный взгляд на Чеду и на Рамада. Он, конечно, понимал, что Серебряные копья на воротах Таурията наблюдают не только за теми, кто входит, но и за теми, кто выходит.

Он шумно выдохнул.

— Ладно, зови их, ублюдок каимирский!

— Повозка Дана'ила у крыльца.

— Без Чеды я не поеду.

— Нам с ней нужно поговорить.

Эмре взглянул на Чеду. В ответ она стиснула его руку.

— Все хорошо.

Эмре кивнул и ушел, на прощание одарив Чеду еще одним выразительным взглядом, будто мерки для гроба снимал.

Когда повозка, поскрипывая, отъехала от крыльца, Чеда резко обернулась к Рамаду, пылая от гнева, быстро шагнула вперед, занеся руку для удара…

Он перехватил ее запястье.

— Я не хотел, чтобы так вышло. Я велел моим людям его не трогать.

— А его избили!

— Я просто выполнял то, что обещал тебе.

— Обещал?

— Я сказал, что дам тебе возможность поговорить с ним прежде, чем займусь им сам. Как ты себе это представляла? Я должен знать, где Воинство и что оно собирается делать.

— Теперь я тебе ничего не скажу.

— Ты обещала.

Она попыталась вырваться, но Рамад не позволил. Наконец она успокоилась и немного смягчилась, будто решила для себя что-то.

— Я обещала тебе сказать, примкнул Эмре к Воинству или нет.

— И?

— Да. Он с Воинством. Но он не убивал твою жену, так что оставь его в покое, или я тебя везде достану, Рамад Амансир. Буду охотиться за тобой, как ты охотишься за Масидом. А теперь отпусти мою руку.

Она перестала бороться. Но Рамад ее не отпустил.

— Ты обещала рассказать обо всем, что узнаешь. Куда он направляется? Что ты теперь будешь делать?

Мгновение, и она вскинула руку, развернулась, будто в танце, выкручивая его запястье. Пришлось отпустить ее, но в этот раз она перехватила кисть Рамада и одним точным движением швырнула его через себя на пол. Рамад не стал сопротивляться – ходить со сломанным запястьем ему вовсе не улыбалось. Впрочем, Чеда не стала ни доламывать его руку, ни вырывать из сустава. Отпустила и, дождавшись, пока он поднимется, обвиняюще ткнула в него пальцем, как мать, ругающая нерадивого сына.