Книга Кровь на песке, страница 176 – Брэдли Бэлью

— И все?

Хамзакиир задумался – наверное, решал, что стоит говорить, а что нет.

— Недавно я сделал такое же предложение одному человеку. Я был уверен, что он меня отвергнет, но в глубине души надеялся на обратное.

— И вы думаете, что я вроде как выровняю чаши весов судьбы?

— Это мирейский взгляд на вещи, однако мы с тобой не мирейцы, – Хамзакиир улыбнулся. – Повстречайся мы при иных обстоятельствах, я продолжил бы обучать тебя. Увы, сейчас это по многим причинам невозможно, поэтому советую тебе найти другого мага, когда вернешься в Шарахай. Это будет непросто, к тому же до тебя наверняка быстрее доберется тот, кто вовсе не захочет тебя учить, поэтому поспеши.

— Я не знаю шарахайских магов.

— Ты умен и предприимчив, ищи как следует и найдешь.

«Амалос сможет помочь», – подумал Дауд. Но захочет ли? Будет ли учитель так же любить его, как раньше?

— Вы не спасли меня. Вы меня прокляли.

— В чем-то это и правда проклятие, не спорю. Но, узнав алую магию получше, ты поймешь, что она освобождает. Мы соприкасаемся с кровью первых богов, материалом сотворения мира. Разве это не стоит некоторых неудобств?

— Что вы сделаете с моими друзьями?

Хамзакиир поднялся.

— Сегодня вечером вы с Анилой сядете на корабль и прибудете в Шарахай уже после того, как я закончу с вашими друзьями.

Он поднялся и направился к двери, из которой они с Даудом вышли.

— Прощай, Дауд Махзун’ава.

— Подождите! Скажите мне!

Но Хамзакиир не остановился и даже не обернулся. Дауд бросился было за ним, но кочевник в черном, с замотанным лицом, преградил ему путь.

— Что вы с ними сделаете?! – крикнул Дауд, пытаясь прорваться мимо, но охранник всадил кулак ему в живот.

Воздух словно выбили из легких. Дауд осел, схватившись за живот, захрипел, жмурясь от боли.

— Крикни еще – и я всю работу господина прахом пущу, понял? – прорычал охранник.

Дауд кивнул, глядя, как силуэт Хамзакиира исчезает во тьме.

* * *

На закате их с Анилой действительно отвели на корабль – небольшой двухмачтовый кеч.

Сперва Анила не хотела идти, требуя, чтобы ей сказали, где остальные. Она кричала, пока охранник, тот же самый, что ударил Дауда, не придушил ее до потери сознания.

Очнулась она с последними лучами солнца. Из окошечка каюты им с Даудом было видно, как золотой свет над далекими облаками сменяется красно-бурым заревом.

— Ты выторговал мою жизнь, так ведь? – спросила Анила, сев на койке. Дауд уперся руками в колени, сосредоточенно разглядывая доски днища.

— Да.

— Что ты отдал взамен?

«Не знаю», – подумал Дауд. Хамзакиир уверял, что спас его по какому-то написанному кодексу чести магов. Может и так, но Дауд не мог отделаться от ощущения, что есть нечто еще.

— Я просто хотел спасти тебя.

— Но не остальных?

— Конечно остальных тоже! Я пытался, Анила. Правда пытался.

— Как сильно?

Недостаточно сильно.

— Мы должны вернуться в Шарахай и всем рассказать, что случилось.

— Они не вернут нас, пока не сделают то, что хотели.

— Тогда то, что мы знаем, поможет ему отомстить.

Анила легла, отвернувшись к стене.

— Я знаю, что ты пытаешься мне помочь, Дауд, но их лица стоят у меня перед глазами, их крики звенят в ушах. Как я могу чувствовать себя свободной, когда их там пытают каждый день?

— И все же мы свободны.

Она бросила на него полный отвращения взгляд и отвернулась снова.