Книга Кричащая Башня знает, страница 107 – Любовь Минеева

Народу заметно прибавилось. Мне стоило труда найти наконец Аринку с Эмкой – они все еще стояли в центре зала, болтая с парнями. Я сразу узнала Макса, а в следующую секунду мое сердце ухнуло вниз: рядом с ними стоял Ванька.

Тоскливые меланхоличные мысли, разъедающие меня изнутри, сразу показались детским лепетом, капризами маленькой девочки, по сравнению с тем отчаянным волнением, которое я испытывала теперь. Он приехал, мы будем тусить в одной компании – пело сердце. Но кроме банальных, не выходящих за рамки вежливости фраз, ничего между нами не произойдет – отчеканил разум.

Он стоял, со скучающим видом оглядывая публику и отвечая улыбкой гримасничающему Максу. Он снова был в белой футболке – по-моему, у него их целый шкаф, непременно белых, но с разными принтами – и в темных джинсах. Я подумала, что впадина между его лопатками – как раз на уровне моей головы. Как, должно быть, приятно обнять его со спины, уткнуться в эту ложбинку и простоять так часов сто.

Макс между тем хохотал, скалился и пожирал масленым взглядом то вырез Эмкиной рубашки, то Аринкино лицо, успевая при этом подмигивать Ване. Они меня не заметили, когда Макс отошел на шаг от девчонок, приблизился к Ваньке и сказал:

— Вот бабы отжигают! Ты понял, да? Притащила сюда эту художницу!

Он был счастлив, как половозрелый школьник, которого наконец-то взяли на взрослую вечеринку. Ванька в ответ только рассмеялся и покачал головой. Я подошла ближе и поздоровалась.

Макс бросил на меня недовольный взгляд и кисло кивнул в ответ. На душе потеплело – я его ложка дегтя в сегодняшней бочке меда. Зато Ванька отреагировал с неожиданным энтузиазмом:

— О, привет! Классно, что ты тоже здесь! А я уже расстроился – приходим, тебя нет, а я-то думал – ну хоть с Настей поболтаю во всей этой содомии!

— Содомии? – рассмеялась я.

— Ну еще бы, ты глянь вокруг – везде разврат и пьяное безумие!

— А ты выше этого?

Он потряс банкой с пепси.

— Сегодня – да!

Между тем счастливая троица направилась к столику. Мы пошли за ними, мне вдруг стало очень весело, а качающийся клуб показался самым приятным местом на свете. Я поймала на себе широкую улыбку и тут же согнала ее с лица – не хватало еще, чтоб Аринка просекла этот «эффект Ваньки».

Пока мы усаживались, я заметила, что Эмка уже серьезно пьяна. Она сидела, покачиваясь на стуле, и хихикала не останавливаясь. Макс разлил остатки шампанского, все мы, кроме Ваньки, отпили по глотку. Макс сидел рядом с Эмкой, Эмка – рядом с Аринкой, Аринка – рядом с Ванькой, я – между Ванькой и Максом. Последний принялся что-то увлеченно рассказывать нашей новоявленной подружке, не забывая при этом полосовать взглядом вырез ее рубашки. Ванька наклонился ко мне:

— Какая у вас интересная стратегия. Прямо «Искусство войны» в деле.

— Искусство войны?

— Ага, китайский философский трактат. Ну там «держи друзей рядом, а врагов еще ближе» и все такое…

Мне хотелось спросить, если он такой умный, то почему не подскажет Максу, что здесь происходит? Потому что кажется, этот придурок думает, что Аринка решила сделать ему подарок, завернутый в сексуальную атласную рубашку и алую мини-юбку.

— Кажется, это Макиавелли, – ответила я Ваньке и тут же пожалела. Парни не любят умных девчонок. Но Ванька посмотрел на меня с удивленной улыбкой.