Книга Кричащая Башня знает, страница 171 – Любовь Минеева

— Да в институт сгоняю, возьму еще пару учебников в читалке, – отвечаю я и, подумав, добавляю: – Может, там посижу немного, вдруг на дом не дадут. Не теряй.

— Отличница моя! – говорит мать и бросает на меня одобрительный взгляд. Я никогда не проявляла особого рвения в учебе, и она приятно удивлена.

Уже на улице я вдруг ловлю себя на мысли: а здорово было бы и правда пойти в институтскую читалку – в субботу там наверняка мало народу, тихо и умиротворенно, захватить кофеек в бумажном стаканчике, полистать учебники, подготовить пару билетов… Ну почему грядущий экзамен – не единственная моя проблема? Да я бы с радостью ухватилась за нее, благодаря небеса, что все в моей жизни решатся так просто!

Выйдя на Ленина, с тоской смотрю вправо – там институт, и большие окна читального зала, и кофейный автомат! – и поворачиваю налево, к заброшенному парку, где стоит кафе Ключницы.

Через пятнадцать минут прохожу под аркой угрюмо нависших ворот. Отмечаю, что даже парк, всегда казавшийся мне таинственным и мистическим, сегодня выглядит на редкость серо и скучно. Обычное заброшенное место, которое никак не тревожит душу, вызывая лишь грусть.

Когда я захожу в кафе, Ключницы нигде не видно, и я какое-то время болтаюсь у стойки, но, к счастью, никто из немногочисленных посетителей не обращает на меня внимание. Начинаю волноваться – вдруг она скажет, что по ворованным ключам вещи не отдают? Вдруг засмеется и заявит, что сейчас позвонит настоящей хозяйке ключа? Но я не успеваю нагнать мрачных мыслей, как Ключница появляется из подсобки. Отмечаю даже некое подобие улыбки на ее обычно равнодушном лице.

— Приветствую, – говорит она. – Ты теперь здесь частая гостья.

— Не по своей воле, – отвечаю я и тут же понимаю, что это звучит грубо. – То есть я хочу сказать…

Но она смеется и прерывает мои неуклюжие извинения жестом руки.

— Не волнуйся, я все понимаю. Ты что-то хотела?

Молча выкладываю на стойку Анин ключик. Ключница не берет его, только смотрит на меня выжидающе. Пауза затягивается, и я наконец спохватываюсь:

— Мне эспрессо без сахара.

Она кивает, забирает ключ и уходит обратно в подсобку.

Я с нетерпением жду, что же она вынесет? Коробку, похожую на Аринкину? Может, целый сундук секретов? Толстенную тетрадь, полную обид и обвинений?

Ключница возвращается и кладет передо мной конверт. Обычный, почтовый. Но довольно пухлый, видимо, внутри два или три листа. Я быстро (пока Ключница не передумала или не начала задавать вопросы) убираю конверт в карман куртки.

— Это все? – на всякий случай уточняю я.

— Да, – кивает она. – С тебя пятьдесят рублей за кофе.

После она отворачивается к кофейному автомату, а я лихорадочно шарю по карманам. К счастью, в одном из них завалялась мелочь. Выкладываю все что есть. Не считая, Ключница сгребает монеты и ставит передо мной черную жижу в бумажном стаканчике. У меня нет желания обидеть хозяйку этого странного места, так что я решаю выбросить кофе на улице. Забрав стаканчик, уже собираюсь удалиться, как Ключница говорит:

— Ты вовремя. Первого февраля я должна была отправить это письмо в полицию.

Я замираю на месте.

— И ты отправила бы?

Ключница пожимает плечами, улыбаясь:

— Я не работаю почтальоном. Но, возможно – при хорошем настроении! – я и исполнила бы просьбу клиента.