Книга Искатель, 2012 №4, страница 2 – Александр Юдин, Варвара Клюева, Иван Белогорохов, и др.

— И куда же она в таком виде? — несколько растерянно спросил Адам.

— В гости, — пояснила Ева. — В театр. На коктейль. Лучше всего в гости, чтобы все умерли от зависти.

— Н-да, — заметил Адам. — При досмотрах я, кажется, что-то такое видел. Это вроде сетки от комаров.

Ева улыбнулась.

— Да, пожалуй.

— Черт знает что, — резюмировал Адам. — Зачем это барахло той славной девушке? Ты заметила, какая она славная? Ее только умыть надо. И... тебе виднее, конечно, но по-моему, и одета красиво. Никакой газ ей ни к чему.

Ева подняла глаза.

— Интересно, зачем ей это было нужно?

— Наверное, она увидела где-нибудь твою миссис Клэридж, запомнила платье, но не знала, кто это. А потом стало интересно.

— Ничего себе — «интересно»! Ты видел, как она плакала? И потом, этого быть не могло.

— Почему?

— Она сказала, что на платье была бирка нашего ателье. Бирка пришивается с изнанки, сзади. Она никак не могла увидеть и прочесть ее, если платье было на миссис Клэридж. Или на ком-нибудь другом.

— Слушай, странно!

— Действительно, — сказала Ева. — Я сперва и не подумала. Очень странно.

Утром Ева, уже позабыв вчерашний инцидент, сидела в своей мастерской и с наслаждением рассматривала ткань, которую принесла новая клиентка. «Чудо!» — бормотала Ева.

Она обожала свою работу и искренне считала, что женщина должна заниматься делом, связанным с одеждой, в крайнем случае — с интерьером, и работать портнихой, декоратором, цветоводом. Женщин, занятых другой работой, она считала несчастными.

По обыкновению, Ева, любуясь тканью, оттягивала момент раскроя; когда же наконец она взяла в руки ножницы, зазвонил внутренний телефон.

— Мисс Ева, к вам идет ваш брат, — предупредила приемщица.

— Мой брат? — переспросила Ева. Открылась дверь, вбежал Адам.

— Посмотри, — без предисловий крикнул он, протягивая сестре какую-то бумажку. — Ты только прочти! Это ориентировка на лицо, которое нужно задержать.

— Я-то тут при чем? — изумленно спросила Ева.

— Да ты прочти!

Ева взяла бумагу.

— «Женщина примерно двадцати пяти — двадцати восьми лет, — вслух прочитала она. — Волосы светлые, глаза голубые, рост около метра шестидесяти четырех». Прелестный бюрократический жаргон.

— Читай дальше!

— «Может быть одета: костюм в крупную коричневую клетку, зеленая блузка, черные замшевые туфли. На лацкане брошь в виде листка клена...» — Ева замолчала и в ужасе уставилась на брата. — Это же она!

— Полагаю, что это бесспорно.

Ева кусала губы.

— Ее задержали?

— Нет. Во всяком случае, в нашем аэропорту и в мою смену она не появлялась.

— Что она сделала?

— Не знаю. Но ориентировка на задержание с неба не падает! Это связано с вывозом чего-нибудь, что вывозить нельзя, или с попыткой ускользнуть от властей...

Ева вспомнила, как девушка сказала: «Ведь это просто платье. Здесь нет никакого преступления!»

— А как ее зовут? — Ева снова принялась шарить глазами по листу.

— Не указано. И это очень плохо. Значит, одно из двух: либо известны только приметы, либо...

— Что?

Адам вздохнул.

— Мне не хочется это говорить: она мне понравилась и не похожа на злодейку. Но второй вариант — она мошенница, а стало быть, может лететь по любому паспорту и под любой фамилией.

Ева задумалась. Адам тоже молча размышлял.

— Это все очень чудно, — сказала наконец Ева. — Хочешь знать мое мнение? В чем тут дело, я, конечно, не понимаю, но почему-то твердо знаю одно: вчера я совершила ошибку, которую ни загладить, ни простить себе не смогу. Мне надо было сказать ей, кто заказал это проклятое платье. Даже если это грозило увольнением.