Книга Искатель, 2012 №3, страница 127 – Анатолий Галкин, Татьяна Косова

— Так ты думаешь, она возила своих подруг то в тот дом, то в другой? Я поначалу так тебя понял, что она их возила всегда в Мытищи и только в ночь убийства повезла в Голицыно.

— Нет. Я всю ночь про это думал, почти спать не мог. Я уверен, что она возила их в свои два дома по очереди. Все-таки — риск немалый. Например, какая-то деталь... Скажем, Серафима обратила внимание на то, какие деревья растут в соседнем дворе. В следующий раз ей показалось, что деревья стали другими, но она отмахнулась от этой мысли... но до поры до времени! Поэтому лучше потом опять свозить ее в тот дом — и так далее! Детали мелькают перед глазами постоянно — то те, то эти. По дому, опять же, сразу видно, живут в нем или не живут. Я уверен, что дом Ульяны Дунаевой тесно засажен высокими деревьями, так что из окон почти ничего не видно... Надо будет, конечно, посмотреть, но я знаю, что это так. И шторы у нее на окнах должны быть очень плотные.

— Съездим и посмотрим, — пообещал Муслим.

— Так что выходит строго по пословице: спасибо этому дому — пойдем к другому. Итак, они приехали в дом в Голицыно. Чтобы дойти от дома Дунаевой или, точнее сказать, от дома Стивенсона до двери Цейского, нужно никак не больше пяти минут. Ну может, в темноте — минут пять-семь... Дунаева посидела со своими подругами, поговорила с ними и сделала так, что обе приняли снотворное. Сама она тоже его приняла, они видели это своими глазами и уверяют, что она не могла просто сделать вид, что проглотила таблетку. Но это мы выясним... Потом она отправила обеих наверх, в душ, а сама включила воду в душевой кабинке внизу. Было ясно, что обе гостьи захотят помыться после такого тяжелого дня и не станут ее беспокоить, слыша, что льется вода и она, стало быть, стоит под душем. Пока Серафима и Елизавета Александровна принимают душ и готовятся ко сну, Дунаева успевает выйти, убить Цейского особым приемом каратэ и вернуться обратно. Надо посмотреть на дом... я думаю, в душевой есть окошко. Но это неважно, она могла выйти и через дверь. Времени ей хватало с головой. Если бы она поторопилась, могла сделать это дважды. Вернулась она, когда Серафима еще была в ванной, подождала, пока она оттуда выйдет, и крикнула ей снизу «Спокойной ночи!».

Муслим поежился.

— Хладнокровная особа, — сказал он. — А как же она попала в дом к Цейскому?

— Во-первых, соседи подтверждают, что он дверей не запирал. Привычка у него была такая: захлопнет, но не запирает замок. Во-вторых, я уверен, что они были знакомы. Я уверен, что Ульяна Дунаева и есть та таинственная партнерша, о которой несколько раз упоминал Цейский в разговоре со своим другом Викентием Алексеевичем.

Это было гораздо ближе Муслиму, который занимался в основном убийством Цейского, и он оживился:

— О!

— Да, я давно это предположил, хотел тебе сказать, но тут додумался до этой идеи с двумя домами и уже ничего больше не соображал.

— Ты же вчера ночью додумался, — возразил Муслим.

Пьер слегка покраснел и открыл рот, чтобы ответить, но тут, на его счастье, раздался сигнал факса.

— Информация по Мэтью Стивенсону, — пояснил Муслим, кидаясь к аппарату.

— Ты просто золото! — искренне обрадовался Пьер, тоже вскакивая с места.

Сталкиваясь лбами, они прочли сухие строчки официальной справки. Мэтью Стивенсон, гражданин США, работает в компании «Стил Кроушен». Специалист по стали и сплавам. Компания активно сотрудничает с российскими сталеварами. Стивенсон часто прилетает в Москву в командировку. Посещает столицу также и по личным делам, иногда живет по месяцу и дольше. Имеет недвижимость в пригороде, адрес... Претензий к нему никаких, даже за превышение скорости ни разу не задерживали.