Книга Папина дочка, страница 96 – Алайна Салах

Резко отвернувшись, я подношу бокал к губам и напоминаю себе о том, что моя обычная жизнь прекрасна. Дома меня ждет субботний ужин с родителями, активная работа, и конечно Марк. Из-за моей постоянной занятости в поездке мы общались совсем мало, так что он наверняка захочет это наверстать.

С такими мыслями я сдаюсь интимной трели саксофона и терпкому вкусу брюта, и не замечаю, как рядом оказывается Александр.

— Наслаждаешься вечером? — его голос глубокий, с тем самым оттенком иронии, из-за которого всё, что он говорит, приобретает больший вес.

— Да, — улыбаюсь я, старательно игнорируя поднимающиеся волнение и трепет. — В этой поездке я окончательно убедилась в том, что разговоры об восточном гостеприимстве правдивы. Сложно не чувствовать себя селебрити, находясь на яхте такого размера. Ее длина метров сто наверное?

— Сто пятьдесят шесть, — поправляет Александр, встает рядом и облокачивается на поручни. — Третья по величине яхта в мире.

— Еще раз спасибо за возможность стать частью мероприятия подобного масштаба. Я запомню его на всю жизнь.

— Я тоже.

Повисает пауза, с каждой секундой становящаяся все более многозначительной.

Нахмурившись, я поворачиваюсь к водной глади и крепко сжимаю бокал в руке. Опоры, которые я выстраивала внутри себя все эти полтора года и которые считала крепкими и основательными, трещат по швам, выпуская на поверхность чувства, причинившие мне такую сокрушительную боль полтора года назад.

В горле першит от отчаяния. Нет-нет-нет, пожалуйста. Я больше не хочу питать себя иллюзиями того, что он смотрит на меня по-особенному и что интимная глубина в его голосе что-то значит. Я выросла, поумнела и обязана отличать вежливость от личного интереса.

— У тебя ведь было много подобных поездок, — тихо говорю я, вглядываясь переливающийся силуэт города. — Со временем они все так или иначе забудутся.

— Но не в каждой я попадаю на разворот «Глобал Билдинг». — в голосе Александра слышна усмешка.

Я до боли кусаю губу. Что и требовалось доказать. Его команда успешно выступила, поэтому форум вышел запоминающимся. Дело вовсе не в моем присутствии — стоит уяснить это прямо сейчас и перестать строить воздушные замки.

— Мой блог благодаря твоему приглашению прилично вырос, — я пытаюсь скопировать небрежно-шутливый тон Татьяны, чтобы замаскировать стремительно катящееся вниз настроение. — Сложно представить, что было бы, останься мы здесь еще на неделю.

— Еще одна неделя сорокаградусной жары и возлияний могла привести к пагубным последствиям. — На лице Александра — улыбка, но взгляд остается серьезным. — Так что все происходит вовремя. Настоящая жизнь — она дома. Стоит об этом помнить.

Мне чудится, что он говорит не столько о жаре, сколько о нас, и то, что Александр продолжает пристально на меня смотреть — лишнее тому подтверждение. В груди по-знакомому ноет, и мне требуется это отдать.

— Твоя речь напоминает наш последний разговор на курорте. Вот только я не помню, чтобы на это раз давала этому повод.

— Ты определенно не давала, — соглашается Александр. — Не стоит принимать мои слова на свой счет.

— А на чей мне нужно их принимать?

Я жмурю глаза, ощущая прилив неожиданной слезливости. Господи, да что со мной происходит? Неужели то, что он расстался с Анастасией так сильно на меня повлияло? Или виной тому последний вечер вместе? Полтора года назад Александр выразился достаточно ясно: он никогда не даст нашим отношениям шанс. Какой надо быть слабохарактерной, чтобы до сих пор на что-то надеяться.