Книга Не мой парень, страница 110 – Алайна Салах

Я кручу головой, тыкаясь лбом в ткань его рубашки. Втягиваю носом влагу и поднимаю глаза.

— Мне плевать на нее. Я была у врача. Я беременна.

Кажется, как только я произнесла это вслух время замедляется. Финн совсем не дышит, пока по инерции продолжает растирать ладонями мои плечи, и безостоновочно моргает.

— Ты будешь папой. — шепчу и начинаю улыбаться своей самой глупой и самой счастливой улыбкой. — Скажи что-нибудь.

Я не боюсь его реакции. Я знаю, что Финн будет счастлив и сейчас от души наслаждаюсь его изумлением.

— Растерял слова. — говорит охрипшим голосом — Это я должен был быть сегодня ньюсмейкером. Нет слов, чтобы описать… — он запинается и упирается головой мне в лоб, прерывисто дыша, — это лучше, чем все на свете.

Я жмурюсь от всеобъемлющего счастья, когда он лихорадочно начинает покрывать мое лицо поцелуями, бессвязно бормоча слова любви.

Рядом с нами разносится поверженный стук каблуков. Невероятно, но совсем забыли про Кимберли. Я нехотя открываюсь от Финна, чтобы в последний раз взглянуть на сестру, потому что видеть ее в ближайшее время не захочу. А, возможно, не захочу никогда.

По ее некогда идеально накрашенному лицу обильно растекаются цветные дорожки, нос покраснел, и, к счастью, она полностью одета.

— Прости за это, Тони. — всхлипывает, берясь за ручку двери. — Прости… я запуталась… Поздравляю вас.

Не думаю, что прощу. Но сейчас это и не кажется важным. Ведь у нас с Финном будет наш ребенок.

— Милая, мы с папой ждем вас с Финном в гости. — произносит мама в шутливо-строгой манере. — Вы не были у нас почти месяц, и на этот раз отговорок я не приму.

— Нет, Тони. — твердо изрекает Финн, до этого молча наблюдавший за нашим разговором с водительского кресла. — Мы не едем.

С тех пор как я сообщила Финну, что у нас будет ребенок, его позиция по поводу моих визитов к родителям ужесточилась. По его собственному утверждению, он не позволит им портить мне нервы, а его будущему ребенку дышать воздухом, отравленным неискренностью и ложью.

Я была уверена, что Кимберли сообщит маме о моей беременности, но этого не произошло, судя по тому, что родители до сих пор не атакуют меня расспросами о дате свадьбы. Какими бы не были у Ким мотивы для молчания, я ей признательна за это, но звонить с благодарностями, разумеется, не стану.

— Мы не приедем, мам. — коротко сообщаю в трубку.

Не хочу выдумывать отговорки и объяснения, чтобы утешить родительское самолюбие. Если раньше традиция семейного ужина была для меня чем-то вроде долга перед людьми, которые меня вырастили, и я готова была мириться с дозой негатива еще очень долго, то сейчас все изменилось. Сейчас я несу ответственность не только за себя, но и за малыша, растущего во мне. Такого крошечного, что его едва фиксирует аппарат УЗИ, но такого значимого, что, еще не родившись, он перевернул мой мир.

Теперь гуляя в парке, я неосознанно останавливаюсь полюбоваться красивым пейзажем, в моем айподе появился длинный список инструментальных композиций, и каждое утро я просыпаюсь с улыбкой от осознания того, что теперь нас трое. Ребенок мой и Финна. Маленький человечек, который будет похож на него и на меня. Плод нашей любви, растущий во мне.

Не знаю, способен ли материнский инстинкт развиваться так быстро, но я четко осознаю, что мой долг его защищать. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы держать его в секрете от всех, тем более от моих родственников, как можно дольше.