Книга А потом я проснусь, страница 99 – Алайна Салах

— Этим можно их полить, — улыбаюсь я. — И сбрызнуть соком лимона.

— А почему под ними лед? — с подозрением щурится она. — Чтобы не стухли?

— Именно для этого, — давясь смехом, подтверждаю я. — Хватит их разглядывать. Пробуй.

— Не представляю, как смогу засунуть это в рот, — ворчит она, опасливо крутя в пальцах устрицу. — Зачем только тебя послушала. Могла бы просто сазана или креветок заказать.

— Боюсь, с сазаном тоже возникли бы проблемы. Ну как?

Ярослава с шумом всасывает содержимое ракушки и, сморщившись, прикрывает глаза. Когда открывает, на ее лице сияет улыбка облегчения.

— Не фонтан, разумеется, но есть можно. Я думала будет хуже… Но сопливые они, конечно, все равно… Надо еще одну попробовать.

Забыв про осьминога в своей тарелке, я помогаю: сбрызгиваю устрицы лимонным соком, чего она, само собой, не сделала, и протягиваю ей.

Давясь смехом, Ярослава всасывает моллюска из моих рук и снова смешно морщится.

— Если бы баба Лида видела, что мы едим, она бы пальцем у виска покрутила. Мы такие ракушки раньше на берегу речки собирали и в костер выкидывали.

Вытерев губы салфеткой, она поднимает глаза выше моего плеча, и ее улыбка моментально меркнет. Проследив ее взгляд, я оборачиваюсь и вижу Сойку.

Застыв, он разглядывает нас, будто видит впервые. Взгляд тяжелый, лицо покрыто бурыми пятнами. Что я чувствую? Мне ровно.

Из вежливости кивнув, я поворачиваюсь к Ярославе, которая сейчас похожа на статую из гипса: настолько она неподвижна и так побелело ее лицо.

— Привет, Артем, — еле слышно выдавливает она.

Судя по шарканью ног за моей спиной, он молча ушел.

— Извини… — Потупив взгляд, шелестит Ярослава. Ее рука с устрицей безвольно шлепнулась на стол. — Я просто до сих пор себя такой виноватой чувствую… Я ведь даже с духом не собралась лично с ним поговорить после всего. Просто сообщение написала. Что не могу с ним быть, потому что он достоин лучшего отношения и лучшей девушки…

Тут я не удерживаюсь и фыркаю. Сойка достоин лучшего отношения? После того, как стал встречаться с ней мне назло?

— Не надо издеваться. Артем как-то сказал, что меня любит. Конечно, ему больно.

Внутренности будто полили кислотой. Каков урод, а? Ничего святого — так врать наивной девчонке о чувствах.

Я смотрю на ее расстроенное лицо, борясь с желанием рассказать ей правду, но понимаю, что не могу. Не могу я рассказать человеку, которого предали самые близкие люди, о существовании в этом мире очередного беспринципного ублюдка.

— Переживет, — наконец говорю я. — А теперь давай перейдем к сути сегодняшнего мероприятия.

Ярослава, кажется, забывает о Сойке и смотрит на меня вопросительно.

— Три дня выходных сможешь себе устроить? Слетаем к моим родителям на Кипр.

Да, определенно заданный вопрос помогает ей справиться с чувством вины. Ореховые глаза возбужденно вспыхивают, щеки розовеют.

— На Кипр? Это ведь там, где Турция? То есть заграница?

— Совершенно верно, — пряча улыбку, подтверждаю я. — Тот самый остров Кипр, находящийся в Средиземном море.

— Но… — ее взгляд начинает отчаянно метаться по столу, а пальцы — теребить несчастную устрицу. — У меня же загранпаспорта нет… Да и родителям я твоим не очень-то нравлюсь.

— С загранпаспортом Лелик поможет решить. А с моими родителями на месте разберемся.