Книга Отец подруги, страница 41 – Алайна Салах, Слава Доронина

Я впиваюсь ногтями в сумку и снова ощущаю, как начинает кружиться голова. Мне неприятно касаться этой темы, но какое-то время придется потерпеть, пока эта история на слуху и шумиха вокруг сорвавшейся вечеринки, которую устроила Лена, не уляжется.

— Отец прикрыл меня на месяц дома, никаких тусовок и прочего. Но это ерунда. Соне больше всего досталось, ей даже ставили капельницы, чтобы вывести эту гадость из ее организма. Если бы знала, что Мишка окажется таким придурком, то никогда бы его не позвала.

— Сочувствую вам обеим, — участливо вздыхает Ангелина. — А про Мишу весь универ гудит. Он пропал с того вечера, нигде появляется, на звонки не отвечает, кто-то говорит, что видел его в больнице с переломанными ногами и челюстью. Наверное, его отчислят теперь за эту историю...

Сама не замечаю, как начинаю дрожать, в ушах нарастает гул.

— Ничего о нем не слышали, — тараторит Ленка, заметив мое состояние и, попрощавшись с Ангелиной, отводит меня в сторону и успокаивающе поглаживает меня по руке. — До пары еще пятнадцать минут, давай выпьем кофе? — предлагает она и тащит меня к кофейному автомату.

— Нет, не хочу, — трясу головой.

— Сон, ну ты чего? Из-за Миши? И поделом ему. Будет в следующий раз головой думать, что делает.

Я молча наблюдаю, как Лена не спеша потягивает кофе из стаканчика, и смотрю по сторонам. Кажется, на нас теперь обращены все взгляды и все так и норовят обсудить ту вечеринку.

— Ладно, пошли на пары, — выбросив пустой стаканчик в мусорный контейнер, Лена обнимает меня за плечи. — У тебя такой потерянный вид… Мне так стыдно за случившееся, — опять начинает извиняться. — Ну давай в кино сходим после пар?

— Мы вчера не вылезали из кровати весь день и смотрели сериал.

— В кафе? — продолжает настаивать подруга.

— Нет, — отрицательно качаю головой. — К тому же мне после пар нужно на работу.

На парах я не могу толком сосредоточиться, мысли вялые, их сложно собрать в кучу, меня постоянно клонит в сон. Ещё и дождь за окном льет стеной и никак не способствует концентрации внимания.

После занятий я собираюсь ехать на работу, но мне звонит Стефания и сообщает, что у меня сегодня еще один внеочередной выходной.

— Отлично же, — радуется Ленка, — значит, проведем вечер в кровати и досмотрим сериал, позубрим учебники, — звенит в ушах весёлый голос подруги, когда мы забираемся в машину. — Как в старые добрые времена.

Но я сильно сомневаюсь, что теперь что-то будет как прежде, потому что я не испытываю никаких эмоций, кроме угрызений совести.

На ужин я спускаюсь с колотящимся сердцем. Ленин отец ведет себя так, будто ничего не произошло, но стоит ему ненадолго задержать на мне взгляд, как в груди тут же становится тесно, и я чувствую, как щеки заливает румянцем. Да, я все правильно решила.

Втянув в себя побольше воздуха, я пытаюсь придать голосу твердости и говорю:

— Я приняла решение снять жилье и переехать.

В глазах Ленки вспыхивает неверие и возмущение.

— Что?!

Ее отец ничего не говорит, а лишь сверлит меня тяжелым взглядом.

«Подумай еще раз хорошенько», — весь следующий день звучит в ушах голос Ленкиного отца. Короткая фраза, вызвавшая во мне настоящую бурю эмоций: от желания выскочить из-за стола до странного разочарования. Нет, я, конечно, не ждала, что такой человек, как Борис Александрович станет умолять меня остаться в его доме… Просто... Не знаю. Я думала, что с решением о переезде придет облегчение, но нет. Напротив, будто стало бы хуже. Солнце перестало светить, и глаза постоянно на мокром месте.