Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 182 – Ши Цзин

— А разве во дворце бывает иначе? После обыска в Янчжи ты разозлила вдовствующую императрицу, а здесь собралась целая толпа наложниц. На твоем месте я бы тоже держалась от них подальше.

«Она ничего не знает».

Цзян Сюэнин немного расслабилась, отвела в сторону свисающую перед ней цветущую ветку сливы и улыбнулась:

— Ты ведь знаешь, что в последнее время у меня не все гладко. Осторожность не повредит.

— Разумеется, – с понимающим видом кивнула Фан Мяо.

Дочь астролога приложила немало усилий, чтобы пройти отбор и попасть во дворец, но лишь потому, что хотела покрасоваться перед родными сестрами, а потом, на выданье, похвастаться, что состояла в свите старшей принцессы. Чем не повод для гордости? Оставаться во дворце она не собиралась, поэтому рядом с императорскими наложницами старалась не выделяться, предпочитая, как и Цзян Сюэнин, держаться подальше от интриг. Уединенная прогулка по саду была ей даже в радость.

Прошло уже больше часа, а в сливовом саду по-прежнему звенел смех и царило веселье. Ничего не происходило. Цзян Сюэнин поймала себя на мысли, что ее опасения преувеличены. Кто бы решился плести интриги средь бела дня? Ведь все на виду.

Однако спустя мгновение из юго-западного угла сливового сада донесся испуганный визг, за которым последовали крики:

— Мышь! Мышь!

— Госпожа, вы не ушиблись?

— Сестрица Яо, как же вы так неосторожно?

Отовсюду послышались взволнованные причитания служанок. Дамы и барышни, любующиеся цветами и снегом, встревоженно обернулись и поспешили на шум, желая выяснить, что произошло. Цзян Сюэнин и Фан Мяо невольно переглянулись и направились следом, держась чуть поодаль. Подойдя ближе, девушки увидели Цинь-гуйфэй, Вэнь-цзеюй и Яо Си. Те, похоже, заметили в саду мышь и перепугались. Худенькая и невысокая Вэнь-цзеюй даже упала на снег. Служанки хлопотали вокруг нее, а Цинь-гуйфэй, недовольно хмурясь, тихо упрекала Яо Си за небрежность. Та в изумлении приоткрыла рот, словно думала оправдаться, но, глядя на выражение лица любимой наложницы государя, не смела и слова сказать. Встревоженная и растерянная барышня молча стояла в сторонке, а когда служанки принялись поднимать Вэнь-цзеюй, тоже попыталась помочь.

Ранг Вэнь-цзеюй был весьма скромным, к тому же та знала, что барышне из рода Яо благоволит сама Цинь-гуйфэй, поэтому улыбнулась:

— Сестрица Яо, не вините себя. Испугаться может каждый. Кости у меня крепкие, ничего плохого со мной не случится.

Девушка с облегчением выдохнула. Однако, встав на ноги, Вэнь-цзеюй побледнела и непроизвольно прижала ладонь к животу.

— Госпожа цзеюй, что с вами? – всполошились служанки.

— В животе как будто… нехорошо… – в замешательстве ответила та.

Сама она еще не поняла, в чем дело, но наложницы рядом переменились в лице и обменялись настороженными взглядами. Никто не решался заговорить. Вэнь-цзеюй чуть крепче оперлась на руку служанки, и ей показалось, что боль утихла.

— Не беда, – снова улыбнулась она. – Давайте продолжим любоваться цветами.

Цзян Сюэхуэй, подошедшая вместе с Чжоу Баоин и другими барышнями, при виде этой сцены не выдержала и вмешалась:

— Госпожа цзеюй, ваше платье промокло от снега, а на дворе зима, стужа и ветер. Даже человек с крепким здоровьем не выдержит. Возвращайтесь во дворец, переоденьтесь в теплое и позовите придворного лекаря. Пусть он приготовит для вас горячий отвар, а цветами и снегом полюбуетесь в другой раз.