Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 192 – Ши Цзин

У него на лбу выступил пот.

— Да, – в смущении выдавил он, натянуто улыбаясь.

Цзян Сюэнин молчала. Лишь Небесам было известно, какие мысли крутились в ее голове. Жэнь Вэйчжи – неудачник. В прошлой жизни, раздобыв деньги на разработку глубоких скважин, он вскоре столкнулся с бедой: его хозяйство сгорело дотла. Загнанный в угол ударом судьбы, он в отчаянии повесился. В этой жизни Цзян Сюэнин вложила деньги в его предприятие. Хорошо, если с помощью Ю Фанъинь ей удастся предостеречь молодого человека. Однако не зря говорят: небеса высоко, государь далеко. Повлиять на дела в Сычуани барышня не могла и, если бы там приключилась беда, удивляться не собиралась. Изменить судьбу молодого человека Цзян Сюэнин не рассчитывала. Но Фанъинь, эта наивная дурочка, хлопнула себя по лбу и решилась на фиктивный брак! А если все повторится и Жэнь Вэйчжи снова повесится, что тогда? Фанъинь овдовеет и будет до конца жизни хранить верность покойному мужу? Погодите-ка…

В голове Цзян Сюэнин промелькнула новая мысль. Девушка подняла глаза и окинула Жэнь Вэйчжи странным взглядом.

«Если этот неудачник и правда повесится, его соляной промысел достанется вдове, а значит, наша Фанъинь в два счета разбогатеет! Кхм-кхм… Нет, это всего лишь мысли. Мало ли что взбредет в голову».

Барышня заметно смягчилась, а на губах у нее заиграла доброжелательная улыбка. Она учтиво повела рукой, приглашая молодого человека присесть:

— Давайте поговорим, господин Жэнь.

* * *

В тот день Се Вэй вернулся из дворца раньше обычного и сразу прошел в мастерскую, однако, вопреки обыкновению, не взялся ни за книги, ни за служебные дела, ни за инструменты. Вместо этого он неторопливо и тщательно навел порядок на чайном столике, вырезанном из комлевой части дерева. Вода для чая давно закипела и булькала, пуская горячий пар. Се Вэй ожидал гостя. Очистив голову от посторонних мыслей, он сосредоточенно обдумывал предстоящую встречу. Закончив прибирать стол, мужчина услышал за дверью шаги.

— Наставник, господин Гунъи прибыл, – с порога доложил Цзянь Шу.

Гунъи Чэну уже перевалило за пятьдесят. Его тело было сухим как ветка, а внешность – самой непримечательной: худое лицо с козлиной бородкой и поношенное серое одеяние. С трудом верилось, что этот невзрачный старик – один из двух знаменитых советников главы Небесного учения, занимавший в секте весьма высокое положение. Лишь глаза гостя выдавали нечто иное: в них чувствовались цепкость, искушенность в расчетах и умение видеть людей насквозь. Господин Гунъи состоял в секте почти тридцать лет. Бед и радостей, что он пережил бок о бок с главой братства, было не счесть. Старик повидал всевозможные бури и привык сохранять хладнокровие при любых поворотах судьбы. Когда же к нему пожаловали люди Се Вэя с приглашением явиться в усадьбу, матерый интриган сразу почуял, что дело нечисто.

Гунъи Чэн не боялся младшего наставника. Все-таки глава братства растил того двадцать лет, усыновил и, казалось, относился к воспитаннику как к родному. Однако происхождение у Се Вэя было слишком особенным, чтобы безоговорочно доверять ему. А раз доверие шатко, общение с ним сулило лишние хлопоты – именно это и раздражало Гунъи Чэна больше всего. Но раз уж его пригласили, как не пойти? Тем более, пребывая в столице, он успел заметить кое-какие тревожные признаки и подыскивал подходящий момент, чтобы приструнить Се Вэя: напомнить тому, где его место и в чем состоит его истинный долг. Поэтому и пришел.