Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 241 – Ши Цзин

Цзян Сюэнин окинула взглядом коридор впереди и решительно прошептала:

— Мне нужно спрятаться.

Спрятаться? Темница была небольшой, без караульных помещений, только череда камер. На лбу Чжоу Иньчжи выступил холодный пот. Он поспешно повел Цзян Сюэнин назад, свернул налево и прошел по длинному коридору. В конце они обнаружили камеру, которая выглядела на удивление опрятной и чистой. Между стеной и лежанкой было достаточно места, чтобы укрыться.

— Придется вам, барышня, потерпеть, – пробормотал Чжоу Иньчжи.

Цзян Сюэнин понимала, что иного выхода нет, и юркнула в щель за лежанкой.

— Ничего. Я подожду, а ты пока узнай, что происходит.

Цзян Бою говорил, что арестантов отправят в ссылку только в следующем году. Почему их забирают сейчас? Она не могла не тревожиться. Чжоу Иньчжи собрался с духом, поправил одежду и с беззаботным видом вышел из камеры. Только когда он увидел гвардейцев, пришедших за осужденными, в его голове промелькнула мысль: что-то не так. Двери камеры в глубине тюрьмы были открыты, но постель на лежанке аккуратно заправлена…

* * *

Холодный зимний ветер раскачивал два фонаря у тюремных ворот. Императорская гвардия, получив предписание, вывела узников: самых важных поместили в повозки, а остальных заковали в цепи и повели позади.

Всего за месяц с лишним Янь Му заметно постарел. Его виски словно припорошило инеем, тем не менее выражение лица было спокойным и отрешенным. Командир гвардейцев обращался с главой опального рода почтительно. Когда все было готово, он сложил руки в приветствии и сказал:

— Мы отправляемся, господин хоу. На улице стужа, но мы исполняем приказ. Прошу вашего снисхождения.

Янь Му утвердительно хмыкнул. Янь Линь, запертый в последней повозке, в тревоге поглядывал на тюрьму. Колонна тронулась в путь в строгом порядке и без лишнего шума. Столица давно погрузилась в глубокий сон, и горожане не знали, что мимо их окон увозят в изгнание заслуженного полководца.

Где-то вдали фыркнула лошадь, выпустив облачко пара. Янь Му, многоопытный воин, узнал этот звук мгновенно. Он вздрогнул и повернул голову. В темном переулке стоял экипаж, внутри которого кто-то сидел, провожая повозку с доблестным Юнъи-хоу.

До колонны с узниками было еще далеко. В сгустившейся тьме Се Вэй не надеялся ничего разглядеть, и все же ему показалось, что он ясно увидел пронзительные глаза Янь Му, вспыхнувшие жгучим пламенем…

— Ха-ха-ха!

Неведомо почему Янь Му запрокинул голову и расхохотался. В его смехе звучала безудержная радость и облегчение. Конвоиры вздрогнули от неожиданности. Вскоре повозка исчезла вдали, и смех постепенно затих.

Колонна узников скрылась за нагромождением городских крыш. Лишь когда последняя фигура в арестантской робе пропала из виду, Се Вэй наконец опустил веки. Дао Цинь и Цзянь Шу молча стояли рядом с его экипажем. Младший наставник наследного принца сжал пальцы в кулак. Ему следовало выйти и показаться, но в нынешних обстоятельствах это было бы безрассудством.

Спустя долгое время он снова поднял глаза:

— Как идет подготовка?

Дао Цинь и Цзянь Шу поняли, о чем речь. Семью Юнъи-хоу так спешно отправили в ссылку в Хуанчжоу не только потому, что Шэнь Лан не желал видеть их у себя под носом. Главной причиной был план Се Вэя «пригласить господина в кувшин». Императорская гвардия и самые важные узники покинули стены темницы. Те, кто скрывался в тени, решили, что им представился уникальный шанс, и готовились ринуться в бой.