Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 62 – Ши Цзин

— «Капля точит камень, а из песчинок можно выстроить пагоду…» Господин Се действительно так сказал?

— Да, – ответил Янь Линь, уставившись в пустую чашу.

Юнъи-хоу вдруг рассмеялся. Из его глаз, окруженных морщинами, покатились горькие слезы.

Перед уходом Цзян Сюэнин, поразмыслив, сказала:

— Есть еще одно дело, отец. В ближайшие полгода я почти все время буду проводить во дворце. Возвращаться домой смогу раз в десять дней, и то ненадолго. Зачем мне такая толпа служанок и нянек? Кто-то, разумеется, должен поддерживать порядок, но девиц слишком много. Думаю, нужно уволить часть. Тан-эр и Лянь-эр преданы мне всем сердцем. Пусть экономка возьмет их в помощницы и научит вести счетные книги. Или можно отправить их в загородное поместье набраться житейского опыта.

Видя, как повзрослела младшая дочь, Цзян Бою испытывал гордость, к которой, однако, примешивались сложные чувства. Последняя просьба его и вовсе озадачила.

— Сократить число прислуги – разумная мера, только зачем твоим личным служанкам учиться вести счета или управлять поместьем?

Цзян Сюэнин догадалась, что наступил подходящий момент изложить свои мысли о будущем, и заговорила, взвешивая каждое слово:

— Если ты знаешь о случившемся во дворце, значит, понимаешь, что я лишь чудом избежала беды. Я росла в деревне под опекой наложницы, а когда попала в столицу, ее пышность и блеск поразили меня, привыкшую к вольной сельской жизни. Теперь же, после череды испытаний, я вижу, что, невзирая на роскошь, настоящей свободы здесь нет. Мои мысли, возможно, наивны, но прошу тебя не смеяться. Когда учеба во дворце завершится, я хочу покинуть столицу и пожить в загородном поместье.

Цзян Бою замер от неожиданности. Желание Нин вернуться в деревенскую глушь его ошеломило. Однако, обдумав ее доводы, мужчина признал, что после стольких потрясений у дочери вполне могли возникнуть подобные мысли. Чувство вины охватило его с новой силой.

Он открыл рот, помолчал и лишь потом неуверенно заговорил:

— Доченька, ты ведь еще молодая, даже замуж не вышла. Куда же ты собралась? Пусть тебе не суждено быть с Янь Линем, ты вполне можешь встретить кого-то другого, даже получше. Уж если уезжать из столицы, то с надежным человеком и в хорошую семью. Не волнуйся, я понимаю, как тебе тяжело. Просто твоя матушка… она… Эх!

Цзян Бою хотел сказать что-нибудь в оправдание госпожи Мэн, но, глядя в прекрасные глаза дочери, не смог вымолвить ни слова, тяжело вздохнул и похлопал дочь по плечу.

— Ты, наверное, устала. Во дворце-то, поди, даже поспать толком не удавалось. Ступай отдохни. Я велю экономке взять в помощницы Тан-эр и Лянь-эр, как ты просила.

Цзян Сюэнин заговорила об отъезде, чтобы подготовить почву. Ведь, если спустя полгода она заявит о желании покинуть столицу, родители могут и воспротивиться. Барышня и не ожидала получить от отца прямое согласие, поэтому не упрашивала и не спорила. Послушно кивнув, она поклонилась и вышла из кабинета.

Пока Цзян Сюэнин беседовала с отцом, Тан-эр и Лянь-эр уже успели разузнать все что нужно и теперь ожидали хозяйку в галерее. Когда барышня вышла, они пристроились у нее за спиной и зашептали:

— Немыслимо! Служанка из дома Цинъюань-бо рассказала, что, после того как барышня Фанъинь навлекла на себя гнев сестрицы Ю Юэ, ее продержали взаперти шесть или семь дней. Не успела она передохнуть, как сестрица вернулась домой из дворца. Неизвестно, какие еще мучения уготованы бедняжке!