Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 78 – Ши Цзин

Цзян Сюэнин будто оцепенела. Звенящий гул смел все мысли, и в ее голове воцарилась совершенная пустота. Посмотрев на барышню в сопровождении Чжоу Иньчжи, Чжан Чжэ отвел взгляд, кивнул в знак приветствия и не спеша пошел прочь, растворяясь в толпе. Лянь-эр посмотрела туда же, куда и хозяйка, заметила худощавую фигуру незнакомца вдали и с недоумением окликнула:

— Барышня?

Та прижала руку к груди: ей стало трудно дышать. Хотя это был всего лишь мимолетный взгляд и нынешний Чжан Чжэ, вероятно, не знал нового тысячника Тайной стражи, девушка все равно ощутила гнетущую боль и мучительный стыд… Чжоу Иньчжи, без сомнения, человек опасный. В прошлой жизни Чжан Чжэ презирал ее за связи с подобными личностями, однако отказаться от их помощи Цзян Сюэнин по-прежнему не могла, ведь ее снова забросило на поле битвы асуров^[46].

Чжоу Иньчжи уловил перемену в ее лице и принялся гадать, кто же тот незнакомец. Цзян Сюэнин медленно повернулась к тысячнику. Ее рассеянный взгляд, казалось, был устремлен сквозь него и видел нечто иное, далекое. Спустя миг в глазах барышни проступила смутная тревога и глухая тоска… Чжоу Иньчжи признавал, что Цзян Сюэнин привлекательна. Он заметил красоту второй барышни еще в сельской глуши, однако ее необъяснимый взгляд впервые тронул его за живое.

— Вы хотели что-то сказать? – спросил тысячник.

Цзян Сюэнин моргнула, посмотрела на высокого мужчину в темном одеянии с изображением летающей рыбы и медленно, словно во сне, произнесла:

— Я искренне надеюсь, что в будущем вы не совершите ничего слишком дурного или хотя бы сумеете замести следы, чтобы я не узнала.

Чжоу Иньчжи с удивлением поднял глаза, но барышня уже потупила взгляд, молча улыбнулась и, наступив на скамейку, взошла в экипаж.

* * *

В начале зимы после полудня в изысканном доме высокопоставленного чиновника Яо на востоке столицы царило спокойствие. Обширная усадьба состояла из четырех дворов, расположенных один за другим. За плотно закрытыми воротами по галереям сновали молодые и пожилые служанки, перешучиваясь и улыбаясь.

Услышав, что явился гонец, обрадованная Яо Си поспешила к отцу в кабинет.

— Отец! Чжан Чжэ прислал письмо? Что он написал? – нетерпеливо спросила она, не дожидаясь, пока слуга чинно доложит о ее прибытии.

Яо Цинъюй, которому уже перевалило за пятьдесят, души не чаял в своей единственной дочери, баловал ее с самого детства и не бранил, даже если порой поведение той выходило за рамки приличий. Видя, что барышня вошла без приглашения, слуга промолчал.

Старик сидел за столом с письмом в руках, постепенно мрачнея. Яо Си, привыкшая к обожанию, жаждала узнать новости о помолвке и не обратила внимания на перемену в настроении отца. Ее взгляд сразу упал на конверт и послание.

— Я тоже хочу прочитать!

Она взяла письмо и на простом белом листе увидела знакомый почерк. Прежде девушка уже тайком любовалась им – четким, уверенным, с ровным нажимом, идеально подходящим мужчине, которого она видела во дворце Цынин. Письмо было адресовано господину Яо, но барышня сразу вспыхнула, охваченная стыдливым волнением. Переведя дух, она принялась читать. В начале письма Чжан Чжэ справлялся о здоровье Яо Цинъюя, описывал, как проходили переговоры о браке, и восхвалял достоинства девицы из дома Яо. Та совсем засмущалась и отметила про себя, что при всей своей внешней холодности жених умеет быть любезным. Однако не успела приятная мысль промелькнуть в голове девушки, как ее взгляд упал на следующую строчку, и раскрасневшееся от радости лицо словно окаменело.