Книга Тысячи испытаний, страница 165 – Тан Ци

Эта богиня была прекрасна, как цветы по весне, изящна и нежна. Она вела себя с редким достоинством, пленяла чистотой нравов и мягкой добротой, ее живой и проницательный ум вызывал искреннее уважение.

И такая богиня Цзу Ти, кажется, очень нравилась высшей бессмертной Бай Цянь. Они прекрасно поладили.

Вообще, Бай Цянь тоже была личностью презанятной. Весь мир знал, что она – первая красавица божественного рода, но эту первую красавицу мало кто видел – она долгие годы держалась в стороне от мирской суеты.

Стоило посмотреть на лицо Бай Цянь, как захватывало дух – так же изумительно было цветение персика. Когда Бай Цянь не улыбалась, в ней ощущались некая леность и холодность. Добавить к этому то, что она не любила выходить в свет, – и можно было решить, что она попросту высокомерная и самовлюбленная особа.

Но проведя несколько дней в Цинцю, Тянь Бу узнала, что богиня Бай Цянь на самом деле непринужденная небожительница, которая ни о чем таком и думать не думала. Она избегала мира не из-за высокомерия – просто не любила выходить из дома. Высшей бессмертной больше нравилось оставаться в Цинцю и беззаботно совершенствоваться. В свободное время она пила вино и читала книги.

Бай Цянь каждый день приглашала Цзу Ти пробовать вино и показывала той свои собрания редких книг. Кажется, богиню света полностью устраивало такое времяпрепровождение. Две богини целыми днями пили вино и читали разные истории, довольные друг другом. И вот сегодня за обеденным столом Тянь Бу с удивлением обнаружила, что они уже отказались от уважительных обращений вроде «досточтимая богиня» и «высшая бессмертная».

За эти дни Тянь Бу успела узнать и Ми Гу – помощника Бай Цянь. После обеда она осторожно поинтересовалась:

— Ничего, что досточтимая богиня и высшая бессмертная называют друг друга Сяо-Цянь и Сяо-Ти?

И пояснила, почему это ее беспокоит:

— Когда досточтимая, передавая высшей бессмертной кушанья, назвала ее Сяо-Цянь, его высочество наследный принц так удивился, что выронил палочки, а после сидел мрачнее тучи. Мне кажется, он был чем-то очень недоволен.

Земли Цинцю отличались от Девяти Небес с их величественными дворцами и толпами слуг. В Лисьей пещере о быте Бай Цянь заботился один Ми Гу. Их отношения мало напоминали отношения госпожи и слуги, они не соблюдали правила так строго, как небожители. Обычно Бай Цянь и Ми Гу ели вместе. Наследный принц и его спутники следовали местным обычаям, поэтому и хозяева, и гости Лисьей пещеры собирались за одним столом.

Ми Гу, кашлянув, ответил:

— Тетушка занимает в Цинцю высокое положение, и возраст ее, хм… тоже немалый. Поэтому все почтительно называют ее тетушкой. Возможно, ей не очень по нраву это обращение, но она никогда об этом не говорила. И вот она наконец встретила богиню Цзу Ти, небожительницу примерно ее возраста и занимающую положение даже более высокое, чем она. Это значит, что досточтимая богиня может называть мою госпожу ласково – Сяо-Цянь. Думаю, тетушка очень этому рада.

Хранитель огляделся по сторонам, убедился, что вокруг никого нет, приблизился на шаг и тихо сказал Тянь Бу:

— Но поведение его высочества наследного принца мне тоже показалось странным. Я думаю, – он понизил голос, – я думаю, ваш принц на самом деле неравнодушен к нашей госпоже. Однако из-за богини Цзу Ти он никак не может побыть с ней наедине. Он и так был расстроен, а сегодня еще услышал, как богиня Цзу Ти нежно называет госпожу Сяо-Цянь… Подумай, по-хорошему, для нашей госпожи не должно быть никого ближе ее будущего мужа, но он еще ни разу не называл ее уменьшительным именем. А богиня Цзу Ти уже называет. Конечно, для него это удар.