Книга Тысячи испытаний, страница 71 – Тан Ци

Тянь Бу подумала, что, похоже, почтенному Инь Линю не дает покоя то, как маленькая богиня Цзу Ти взяла третьего принца за руку и сказала: «Ты так заботишься обо мне, братец Лянь, мне это очень нравится». Небесная дева прикинулась бесчувственным устройством для заваривания чая, спокойно извлекла из воздуха чайные принадлежности, чтобы нагреть воду и обдать кипятком чашки, однако продолжала внимательно вслушиваться в разговор и потому не пропустила ответ третьего принца.

— По преданиям, у досточтимой Цзу Ти не было ни семи желаний, ни шести чувств, но богиня света, которую я видел, и взрослая, и маленькая, прекрасно умела радоваться, гневаться, страдать и веселиться. Особенно маленькая богиня света – у нее очень ярко выражены все чувства. И мне тоже показалось это странным.

Рука Инь Линя, державшая камешек для вэйци, замерла. Через мгновение посланник сказал:

— Предания не лгут. Богиня света действительно родилась бесчувственной. Но более двухсот тысяч лет назад, когда она принесла себя в жертву ради человеческого рода, Небо проявило к моей госпоже милость, даровав ей чувства. Поэтому она пробудилась уже с ними, и поэтому теперь, когда она снова стала ребенком, вы можете видеть ее радость, гнев, печаль, счастье, любовь, ненависть, желание и одержимость… – Он замолчал на мгновение. – Такой я ее тоже вижу впервые.

Лянь Сун небрежно поставил камешек на доску.

— Не знаю, какой была богиня Цзу Ти без чувств и желаний, но, кажется, богиня Цзу Ти, обретшая всю полноту чувств, очень хороша.

— Согласен, – тихо сказал Инь Линь и добавил невпопад: – Ваши судьбы связаны очень крепко, и если это воля Небес…

Но он не договорил.

Третий принц, перебирая в пальцах камешек, слегка улыбнулся:

— Богиня света и бог воды – оба боги природы, разумеется, наша с ней связь прочнее, чем у других. Мы с богиней Цзу Ти связаны действительно крепко. – Он словно бы невзначай взглянул на Инь Линя. – Вы об этом?

Посланник на мгновение опешил, затем улыбнулся и как ни в чем не бывало сказал:

— Да, конечно. О чем же еще?

Однако он сделал ошибочный ход.

Бог воды приподнял бровь.

Чай был готов, Тянь Бу начала разливать его по чашкам. Что-то подсказывало небесной деве: досточтимый Инь Линь, говоря о крепко связанных судьбах третьего принца и богини Цзу Ти, имел в виду не только естественные узы, существующие между богиней света и богом воды от рождения. Но, как и сказал посланник, если не это, то что же еще?

Остаток пути Инь Линь и Лянь Сун молча играли в вэйци. Тянь Бу наблюдала за доской и время от времени поглядывала на все еще спящую богиню Цзу Ти, чтобы убедиться, что девочка не сбросила одеяло.

Хотя Тянь Бу знала, что Цзу Ти – это всеми почитаемая богиня, которая принесла себя в жертву ради спокойствия во всех мирах, при первой встрече та предстала перед ней в облике наивного ребенка, и речи ее были полны детской наивности, отчего помощница Лянь Суна не видела в ней ничего непостижимого и величественного. Эта девочка вызывала в ней скорее умиление и желание оберегать, чем благоговейный трепет. Но с появлением почтенного Инь Линя, который, казалось, хранил много тайн, Тянь Бу начала осознавать, что маленькая Цзу Ти не обычный бессмертный ребенок, а загадочная богиня света.

Она не знала, думал ли третий принц о том же, о чем и она, но когда игра закончилась и почтенный Инь Линь направился к носу корабля, чтобы привычно поправить уголок одеяла Цзу Ти, Тянь Бу заметила, что взгляд третьего принца надолго остановился на спящей девочке.