Книга Когда имеешь дело с драконами, страница 121 – Дана Свифт

— Думаю, мы можем ее развязать, – говорит папа.

Рот Рохана приоткрывается от изумления, но я смотрю на мистера Мёрфи, который сужает глаза.

— У нас есть тренер, который может не выжить, Патрик. Бекс останется под арестом.

Хорт прижимается к Бекс, стараясь занять как можно больше места. Их воссоединение трогательно, но, когда Хорт не может полностью устроиться под ней, Бекс издает пронзительный крик, взрыв горя. Звук проникает в меня, вызывая резкую боль. Я смотрю на Джеймса. Его маска спадает, и на месте стоического безразличия появляется мука.

— Джеймс, – зовет папа, взмахивая рукой. – Сначала изучим ее жизненные показатели.

Когда Джеймс делает шаг вперед, я отступаю. Это действие вызывает во мне странное чувство дискомфорта.

— Фаррен. – Папа поворачивается ко мне, его взгляд серьезен. – Проверь остальных драконов. Предупреди, если заметишь признаки вялости.

— Поняла.

Если реакция Бекс на Хорта не даст немедленно поставить диагноз, моя задача становится жизненно важной. Я направляюсь к клеткам. Рада, что папа дал мне поручение, и еще больше рада возможности уйти. Нам не нужны лишние вопросы. Я помогаю отцу измерять пульс с двенадцати лет.

Проблема возникает, когда я замечаю первого дракона – бронзового спринтера с металлическими чешуйками. Обычно это признак боли или болезни. В этом и заключается сложность ухода за драконами в таких условиях: мы не можем точно определить, испытывает ли дракон физическую боль или лишь эмоциональное потрясение.

Один за другим, по мере того как я иду вдоль решетчатых загонов, драконы сбрасывают свою металлическую броню. Их крылья подергиваются, рогатые головы трясутся. По их реакции кажется, будто я – дьявол. Это само по себе мучительно, но я не вижу ни одного неподвижного дракона. Некоторые ходят взад и вперед, что тоже указывает на тревогу. Но никто не выглядит больным.

Когда я поворачиваю к следующему ряду загонов, в поле моего зрения проносится кусок металла. Это происходит мгновенно, как вспышка. Так быстро, что инстинкты срабатывают, и я прижимаюсь к земле, чтобы укрыться от того, что летит мне в голову. Стреловидный кусок бронзы злорадно смотрит на меня.

Я поднимаю глаза и встречаюсь с пронзительным взглядом мистера Мёрфи. Бо́льшая часть его лица скрыта в тени. Он просто… он просто сотворил это и направил в меня. Это значит, что он либо уверен в своем мнении обо мне, либо ему безразлично, что я буду здесь лежать, истекая кровью. Шок приковывает меня к месту. Я не знаю, что делать.

Затем он достает серебряную чешуйку. Несколько движений пальцами, и он превращает ее в еще один снаряд.

— Что вы делаете? – Мой голос дрожит от страха. – Пытаетесь меня убить?

Он приближается ко мне:

— Это всего лишь испытание мастерства, девочка. Я бы остановил его в нужный момент, чтобы не причинить настоящего вреда. Но мне нужно было убедиться.

Я никогда не слышала о таких испытаниях. Но не могу обвинить его во лжи, ведь сама уже больше года избегаю регистрации металла. В любом случае это не имеет значения, кричит мое бешено колотящееся сердце.

«Он знает. Ты дала ему доказательство».

— Ты использовала Хорта для личной выгоды? – Слова мистера Мёрфи действуют на меня, как кислота на металл. – Вороваласеребро?

Он произносит свои подозрения, словно обвиняет преступника.