Книга Когда имеешь дело с драконами, страница 162 – Дана Свифт

— Это новое, – выдыхает Джеймс.

— О боже. – Я поворачиваюсь. – Электрум! – зову я, притягивая его к себе.

Я осматриваю каждый сантиметр, и да, оно есть и у него. Золота больше, чем серебра.

— Где Хорт? – спрашиваю я.

Джеймс не задает вопросов. Он засовывает пальцы в рот и свистит. Долгий, протяжный звук. Через мгновение Хорт появляется в амбаре, его голова поворачивается к нам с вопросительным выражением: «Время играть?»

Тот же Хорт, обожающий лужи и солнечные пятна. Я привыкла видеть его оранжевую чешую с черными кончиками, а не серебристую. Это еще одна причина проверить мою теорию.

— Сможешь заставить его надеть свой металл?

Джеймс хмурится.

— Ты думаешь…

— Я не знаю, что думаю. Но мне нужно подтверждение.

Джеймс кивает и свистит снова. На этот раз звук разносится эхом в низком регистре.

— Хорт. Щит.

Словно вытащенный меч, серебро покрывает тело Хорта, блестящее и сияющее. Я делаю шаг вперед, всматриваясь в каждую чешуйку, протягиваю руку, чтобы почувствовать ее. Джеймс тоже сканирует. И вот оно, на некогда сломанном крыле, прямо там, где мы бинтовали его неделями, – участок золотой чешуи.

Я ахаю.

— Ты понимаешь, что это значит?

— Их металл может меняться. Он становится золотым. – Джеймс смотрит на Хорта. – У меня золотой дракон.

Эта мысль ударяет меня в голову, оставляя пустоту, как та пещера внизу.

— Только если они продолжают есть золото.

Гнев снова вспыхивает в моем сердце. Золото Нити не просто кормило их. Оно защищало ее детей, превращая их в золотых. Вот почему она так долго линяла, почему оставалась уязвимой, почему так долго наполняла пещеру тоннами этого металла. Ей пришлось работать на износ, чтобы защитить своих детей.

Еще одна мысль усиливает тоску по утраченной Нити. Если мы сможем вернуть это золото, Ория станет золотой, полностью золотой. Это означает, что Нити не просто защищала своих детей, она обращала вспять вымирание, создавая способ продолжения вида.

Новая решимость заполняет пустоту в моем животе.

— Я не позволю ее труду пропасть даром. Я верну его. Я украду золото Нити обратно.

ДЖЕЙМС

Раннее утро окутывает нас, и мы облачаемся в костюмы всадника и наблюдателя. Коричневая кожа, металлические нагрудники. Фаррен впервые надевает серебро вместо меди, и оно выглядит на ней потрясающе.

После вчерашних обсуждений мы оба погружены в тишину, движимые тихой, но непоколебимой решимостью. Мы действуем. Мы становимся теми ворами, какими мой отец когда-то называл Уолшей. Но, как сказала Фаррен, мы вернем украденное.

Прежде чем она успевает сесть на Хорта, я окликаю ее:

— Фаррен, подожди.

Она оборачивается, ожидая. Я наклоняюсь и убираю выбившуюся прядь волос за ее ухо.

— Прости, ты не представляешь, как долго я хотел это сделать.

— Что? Весь последний час?

— Скорее годы.

— Ты не шутил, когда говорил, что странно флиртуешь, да? – спрашивает она, слегка краснея и сдерживая улыбку.

— Нет.

И я целую ее, быстро и легко, потому что не хочу думать о том, что что-то может пойти не так в нашей миссии. Это точно не будет последний раз, когда я уберу ее волосы за ухо.

Мы мчимся к моему дому на Хорте, чтобы успеть до восхода солнца. Прохлада приближающейся осени пронизывает предрассветный летний ветер, еще не тронутый теплыми лучами.