Книга Когда имеешь дело с драконами, страница 43 – Дана Свифт

Доктор Бёрк вскрывает остатки моей гипсовой повязки и с недоуменным трепетом осматривает руку.

— Ты принимал только одну дозу серебра в день? Не больше?

Я хмурюсь. Мне даже этого не хотелось делать.

— Только одну.

— Никогда ничего подобного не видел, – снова смеется доктор Бёрк. – Ты заживаешь невероятно быстро. Аномально.

— И это хорошо, – лжет мама.

Я смотрю на нее и на то, как она прикусывает губу. Мы оба хотели бы, чтобы моя рука оставалась сломанной еще немного.

— Я обязательно расскажу об этом твоему отцу. – Еще одна ложь. На этот раз с подтекстом для меня. Мы не будем говорить ему. – Может, стоит наложить гипс заново? – предлагает она.

— Это принесет больше вреда, чем пользы. – Доктор Бёрк хлопает меня по плечу. – Ведь нам нужно, чтобы ты вовремя вышел на трассу для тренировок и начал сезон.

— О, замечательно.

Доктор Бёрк не реагирует на безразличный тон мамы и сосредоточивается на моей руке.

— Я был бы рад, если бы все мои пациенты заживали так же быстро. У тебя есть идеи, Джеймс, что ты сделал иначе? Пил серебряный настой перед гонкой? Ты знаешь, от какого дракона был получен металл?

Насчет дракона я ничего не знаю, а вот от какого человека – очень даже. Фаррен, должно быть, заставила меня проглотить серебро, после того как вытащила нас с Хортом из воды. Было странно, что моя рука начала чувствовать себя лучше всего за несколько дней. После того, что я увидел сегодня, и энтузиазма доктора Бёрка я могу с уверенностью сказать: Фаррен Уолш – лучший серебряный мастер, которого я знаю.

Теперь моя очередь лгать.

— Понятия не имею, – отвечаю я, вместо того чтобы признаться в правде, которую чувствую с двенадцати лет.

Именно тогда мне посчастливилось встретить девушку по имени Фаррен Уолш, а две недели назад повезло еще больше, когда она решила спасти мне жизнь.

ФАРРЕН

Время тянется бесконечно, пока я жду возвращения Джеймса. Скрип машины, которая его привезла, и щелчок двери – вот и все, что говорит о его появлении. Затем я слышу тихие голоса моих родителей, приветствующих его.

Я не раскрыла им всей правды. Лишь сказала, что остановила Бекс, но умолчала о том, что Джеймс что-то заподозрил. В глубине души я все еще надеюсь убедить его в том, что я не серебряный мастер. Ведь я так и не сняла тот серебряный браслет с запястья. У него нет никаких доказательств.

По крайней мере, так я себя успокаиваю.

Я поднимаюсь со стула, решив отправиться на чердак, чтобы сыграть на самолюбии Мёрфи и попытаться опровергнуть то, что он почувствовал сегодня. Я смогу. Это мой долг. Однако, сделав всего два шага к двери, я останавливаюсь, бросаюсь на кровать и в сотый раз прокручиваю в голове свой план. Ни один довод не кажется достаточно убедительным, а аргумент Джеймса, напротив, представляется слишком весомым. Какую же причину мне придумать, чтобы оправдаться?

Мои размышления прерывает стук в дверь. Скорее всего, это родители, которые весь вечер провели в тревоге, разделяя мою скорбь по Хендриксу и беспокоясь о моем нервном истощении.

— Входите, – отзываюсь я.

Но за дверью оказывается Джеймс. Его рука больше не закована в гипс, а лицо сохраняет свою обычную, непроницаемую маску.

— Ой.

Я неуклюже сползаю с кровати, и меня тут же охватывает сожаление. Еще секунду назад, лежа на одеяле, я чувствовала себя уверенно, не позволяя присутствию Джеймса Мёрфи в моей комнате выбить меня из колеи. Но сейчас, когда я ерзаю перед ним и выдаю это глупое «ой» вместо нормального приветствия, все переворачивается.