Книга Кайкейи, страница 181 – Вайшнави Патель

— Просто устала, – ответила я со сдержанной улыбкой. – После приезда было столько всяких дел.

— Да, коронация.

Голос у Каушальи был удивительно безучастный, хотя она так и впилась в меня взглядом, явно ища какие-то признаки недовольства.

— Ой, не обращай на нее внимания, – сказала Сумитра, выходя из-за спины Каушальи, чтобы поздороваться со мной. Она радостно улыбалась мне, отчего у рта резко обозначились морщинки, и я без раздумий ответила ей такой же улыбкой. – Она ночи не спала от беспокойства из-за подготовки к церемониям. Но теперь ты вернулась и будешь помогать, так что как-нибудь справимся!

Каушалья кивнула с ослепительной улыбкой и отвернулась, чтобы занять место за столом. Я вошла в Плоскость Связи и с облегчением увидела, что наша с ней связь по-прежнему сильна. А вот с Сумитрой, казалось, несколько истончилась. Однако в своей привязанности ко мне они обе были совершенно искренни.

— Вам это не показалось неожиданным? – спросила я за чаем.

— Все произошло очень быстро, – согласилась Каушалья. – Но Дашаратх считает, что он уже готов.

— Дашаратх мудр, – добавила Сумитра. – Он не принял бы такого решения необдуманно. Рама храбрый, добрый, и его любят в народе. Не вижу причин оттягивать.

Я сделала глоток чая и посмотрела на Каушалью поверх чашки.

— А почему ты спрашиваешь?

Каушалья отставила чашку и подалась вперед. Я даже не стала заходить на Плоскость, и так зная, что там увижу. Просто мой вопрос затронул ее связь с Рамой.

Я пожала плечами.

— Так просто. Наверное, все это смущает меня, потому что я так долго не была дома.

Каушалья откинулась на спинку кресла. В ее глазах мелькнул намек на недовольство.

— Что еще я пропустила во дворце? – быстро спросила я, едва не запнувшись в слишком поспешной попытке сменить тему.

— Столько всего! – Сумитра заговорщицки наклонилась ко мне. – Кто-нибудь рассказывал тебе, что произошло на свадьбе дочери арьи Рави?

Когда я добралась до своих покоев, Аша уже ждала меня.

— Тебе пришло послание.

Она помахала свитком в воздухе, уперев свободную руку в бедро.

Я попыталась схватить бумагу, но она не дала.

— Я твоя рани! – Но сквозь наигранное возмущение прорвался невольный смех. После всего случившегося шутить с Ашей было просто бальзамом.

— Мы уже несколько месяцев не виделись.

— Меня не пускали дела, – оправдалась я. – Без меня тут много чего произошло.

При этих словах Аша погрустнела.

— Да. Много.

Она шагнула ко мне и протянула письмо.

— И что ты обо всем этом думаешь? – спросила я, не поднимая глаз и разворачивая свиток.

Наверное, она что-то ответила. Но я не слышала из-за шума в ушах, оглушившего меня, когда я увидела письмо Раваны.

Рани Кайкейи,

Я отправляю это письмо к твоему приезду в Айодхью, который, как ты уже, наверное, поняла, был как нельзя более своевременным. Надеюсь, ты сможешь положить конец этому безумию, о котором я слышал, но это только надежда, а не уверенность. Почему вдруг Рама должен стать царем? Он еще слишком молод и не справится с такой ношей.

У меня задрожали руки от страха. А если бы кто-то перехватил это письмо? Это, несомненно, подкрепило бы заявление Рамы, что кровь асуры делает Равану опасным, – ведь письмо выглядело совершенно нелепо. Кто такой Равана, чтобы оспаривать решения Айодхьи?