Книга Девушка из книжного переулка, страница 139 – Анна Либерти

— Послушай. – Тонкие губы девушки упрямо сжались. – Если ты решил снова меня отчитывать, то прошу, выбери другой день! Я устала от твоих упрёков и холодности. Неужели тебе так нравится мучить меня? – Её голос сорвался.

Последний вопрос заставил Марка вздрогнуть. Мучение… Вот единственное, что он причинял всем окружающим последние несколько лет жизни. Он чувствовал себя героем, приносящим в жертву личные интересы, но на деле всего лишь бегал от собственных страхов. Ему не хватало мужества для того, чтобы взять ответственность за принятые решения и действия. Проще было просто скрываться под маской «обиженного судьбой».

Теперь он всё понял. Больше никому не придётся терпеть его бездушные выходки. Лишь ещё один раз. Последний. Саша заслуживала этот выбор…

— Так, значит, мои слова причиняют тебе боль? Рад слышать! А то я уже начал думать, что ты совсем бесчувственная, – усмехнулся он и, подойдя ближе, наклонился к самому её лицу. – Почему же тогда ты всё ещё здесь? Неужели мир настолько тесен, что ты выбрала именно меня?

Саша замерла, наклонив голову и тщетно пытаясь скрыться от его пристального взгляда.

— Молчишь? Неужели ты думала, что в тех детских играх была хоть капля искренности? Всё это не больше, чем развлечение для меня. Я никогда не испытывал к тебе чувств, понимаешь? Ни-ко-гда! Так зачем же ты продолжаешь путаться под ногами?

Сердце бешено стучало, и Марк чувствовал, как дрожат его руки, обхватившие под локти хрупкую фигуру девушки. Одно лишь слово. Первое же слово, сорвавшееся с её губ, и он навсегда исчезнет из её жизни.

Саша молчала, потупив взгляд, и словно о чём-то серьёзно думала. Казалось, она чувствовала, что именно ей предстоит решить их судьбу.

Прошло несколько мгновений, а может вечность. Комнату наполняла, то расплываясь, то сжимаясь, так, что становилось трудно дышать, какая-то особенная, почти сакральная тишина. Не было в ней ни скрипа старых половиц коридора, ни тихого ворчания оборудования из соседних кабинетов, не слышался даже стук мух об оконные стёкла, хотя в другое время они с завидным упрямством придавались этому развлечению. Всё замерло, и только тихое дыхание Саши напоминало Марку о том, что он всё ещё жив.

— Я не знаю. – Девушка подняла на него блестящие от слёз глаза, в которых, как в глади воды, отражалось его собственное лицо, и, виновато улыбнувшись, прошептала: – Я влюбилась в тебя… Я столько раз пыталась забыть. Правда! – Её голос, как и вся она, дрожал, а слёзы катились по щекам, падая на тонкие бледные губы. – Что бы я ни делала… Я никогда не испытывала подобных чувств. Знаю, я тебе не нравлюсь, но… Я ничего не могу с собой поделать. Прости…

Саша закрыла лицо руками, и Марк вдруг осознал, что голова девушки покоится на его плече, а сам он крепко прижимает её к себе. И не было в тот момент такой силы, которая бы заставила его отступиться.

— Ты никогда больше не будешь плакать из-за меня, – наклонившись к ней, тихо прошептал он.

Марк тихо постучал в дверь. Сделал это, возможно, впервые за всё время работы у Краева. Обычно просто входил, не церемонясь. Но на этот раз нужно было сделать всё иначе. Наконец-то проявить терпение и закончить дело пятилетней давности. Только сначала…

Профессор сидел за столом. На компьютере крутился очередной эпизод какого-то детективного сериала, так что из монитора то и дело слышались крики и звуки выстрелов. Марк чувствовал, как внутри закипает ярость. Как такой человек мог существовать? Как мог жить спокойной жизнью, не заботясь о прошлом?