Книга Стон океана, страница 44 – Эмма Хамм

Океан вел его. Даже не приходилось особо стараться, потому что течение подхватило его и понесло прочь само. Вместо этого Фортис посмотрел на коробочку в своих руках. Она не была заперта. Он мог легко открыть крышку, но не стал этого делать, чтобы иглы не разлетелись в стороны. Он хотел знать, что это были за лекарства и сколько Алексия их в себя вкалывала.

Если кто и знал, как переносить влияние разных субстанций, то это глубинники. Фортис вырос в серных полях, глубоко на дне. Годами он вдыхал их пары, чтобы получить способность видеть будущее. Отчасти именно поэтому препараты ахромо на него не сработали.

Вот его сына они побороли. Ахромо из Альфы и не подозревали, что поймали кого-то столь юного. Они дали Аулаксу слишком много для его возраста отравы, сделали тихим и неподвижным.

Мысли об этом все еще приводили Фортиса в ярость. Тогда он вернулся в Альфу вместе с остальными и разорвал на части каждого ахромо, не успевшего добраться до кораблей. Остальные знали, что их задачей было спасти жителей Альфы. Они не хотели окрашивать океан алой кровью, просто чтобы что-то доказать. А вот Фортис хотел.

Они похитили его сына. Ставили на нем эксперименты, собирались убить его, разобрать на части, лишь бы узнать, что у него внутри. И некоторые из ахромо должны были за это умереть. Ученых было легко отличить от остальных, и Фортис свое дело сделал.

Океан привел его к каменистому склону недалеко от корабля. Фортис даже мог видеть его огни, пусть они и превратились в слабый отблеск где-то вдалеке. Здесь никто не мог его найти. Ни прицел Алексии, ни спасательная операция, которую за ней точно не отправляли.

Ухватившись хвостом за каменный край, чтобы оставаться на месте, Фортис перевернул коробочку и открыл ее. Иглы выплыли наружу: часть пустая, часть наполовину, часть полная. Он позволил им всем, кроме одной, утонуть. Дно океана похоронит их вместе с остальным мусором.

Та штука, что Фортис все еще держал в руке, была столь маленькой, что даже неясно было, какой от нее толк. Сложно было представить, что такое количество чего-то могло изменить ту женщину. И все же глубинник сжал пластиковую трубку в пальцах, выпуская содержимое в воду. Глубоко вдохнув, он втянул жидкость в жабры и сразу же понял, что это была очень сильная доза.

Через секунду Фортис уже почувствовал эффект. По телу разлилось странное онемение. Лекарство словно выкачало из него все эмоции, оставив лишь пустые мысли, – ни капли сердца, что вело его всю жизнь. Связь с океаном тут же оборвалась. Неудивительно, что солдаты Тау были так хороши, – за исключением тех глупцов, которые притащили его в свой город.

Обычно они были осторожными. Тщательно выискивали противника, сражались с прицельной точностью. Алексия тоже, в каком-то смысле. Но порой Фортис чувствовал, что гнев берет над ней верх. Гнев и желание быть лучшей в своем деле.

Эта доза была куда сильнее необходимого, вдруг понял он. Даже глубинник чувствовал легкий эффект, это при его-то размере. Она от такой дозы должна была выключаться полностью. Но нет.

Алексия ведь принимает это уже так давно, вспомнил он. С самого детства. Эти люди создавали детей, накачивали их различными препаратами под завязку и растили из них солдат, которые не будут задавать вопросы.