Книга Стон океана, страница 46 – Эмма Хамм

Алексия вообще себя не щадила. Это он уже понял. Уже видел, как она прыгает в воду за ним.

Фортис осторожно заглянул внутрь корабля через люк. Осмотрел комнату, но смотреть особо было не на что. Сваленные ящики снова были сложены в аккуратную стопку. Кресло осталось развернуто так же, как когда он схватил коробку. Но внутри стало темнее, словно она выключила свет, чтобы сохранить энергию.

А вот самой женщины нигде не было.

— Алексия? – окликнул Фортис, поднимаясь дальше из воды. Опершись локтями о пол, он заглянул за штабель ящиков, на случай, если она спряталась там. Ее нет. Может, и правда ушла.

И тут он совершил ошибку, поднявшись еще дальше в комнату. Привалившись к полу бедрами, Фортис вдруг осознал, что ни разу не обернулся. Да и зачем, если та часть корабля уже неделю как была отрезана стеной для сохранения тепла?

Так он думал.

Вес тела Алексии врезался в его спину с такой силой, что Фортис ударился подбородком о пол. Правый бедренный плавник прошило болью. Когда он попытался перевернуться, то понял: ему что-то мешает. Взглянув вниз, глубинник увидел, что Алексия прибила его плавник к полу металлической скобой. Это же могло оставить пробоину в корабле – неужели она сама этого не понимала?

Его с силой перевернули, и скоба дернула за плавник так, что Фортис разгневанно оскалился.

— Больно! – рявкнул он.

— И хорошо. – Приставив пистолет со скобами к его второму плавнику, Алексия снова выстрелила. – Так и должно быть.

Теперь она сидела на нем верхом, и оказалось проще простого схватить ее за бедра, чтобы удержать на месте. Глубинники на ощупь были совсем не такими. Фортис привык ощущать под ладонями прохладную, гладкую чешую, за которую так сложно было ухватиться.

Эта женщина была теплой. Даже в холодной комнате, в которой она торчала уже неделю, Алексия оставалась теплее него. Ее бедра были мягкими, и, как бы ни гуляли в них сильные мышцы, Фортис мог удержать ее на месте. Ткань штанов была странной на ощупь, и за нее легко было ухватиться. Когти глубинника вошли чуть глубже, вероятно вонзаясь в мягкую кожу под одеждой.

По крайней мере, это заставило Алексию остаться на месте, где ему и было надо. Он хотел смотреть в разъяренные глаза ахромо, пока она думала, что поймала его. Фортис хотел насладиться злостью этого существа, что никогда раньше не чувствовало таких сильных эмоций.

Алексия подняла пистолет и прижала дуло ему ко лбу.

— Ты сказал, что принесешь мне еды. Обманул.

— Я даже не успел поохотиться для тебя, вираго.

— Я не хочу, чтобы ты для меня охотился. Я хочу еды. Сейчас. Здесь. Обычно, когда идешь договариваться, предлагаешь людям то, что у тебя уже есть. – Металл вжался в лоб сильнее. – Как же меня достало в тебе разочаровываться, ундина!

— Фортис, – напомнил он.

— Да посрать мне сейчас, как тебя там зовут! Я решила, что отказываюсь здесь подыхать. Отнесешь меня обратно к Тау, я получу новый препарат, и все встанет на свои места.

Фортис улыбнулся ей. Здесь ему умереть было не суждено, это он знал. Металл под его спиной был не той температуры, и не было дрожащих огней, затмевающих лицо женщины. Так что он был уверен, что Алексия его не убьет.

Глубинник подался навстречу ее пистолету:

— Хочешь убить меня – так убей.

У нее вырвался разъяренный взвизг, эхом отдавшийся по комнате, но ахромо прижала дуло еще сильнее, вонзаясь в его лоб с такой силой, что Фортис почувствовал скатывающуюся по коже каплю черной крови.