Книга Газолин, страница 58 – Виктория Голубева

После этого случая он не может находиться один. Даже спит в комнате родителей. Любое изменение рутины может вызвать у него паническую атаку. Мы выбрали частную школу, зная о том, что он не захочет отпускать нас и нужно особое отношение. Первый месяц мама постоянно сидела в машине на парковке, чтобы Себби знал: она рядом. Потом он немного привык.

Я осторожно беру племянника за руку и поднимаюсь.

Интерн мнется у двери. Ему явно интересно, почему я не сделал билеты для семьи. Вообще-то сделал, но не для Джессики. Смотрю на Себби. На шее у него болтается бейджик паддок-клуба, значит, родителей встретили на входе и передали все пропуска и билеты.

Родители здесь. Хорошо.

Волнение чуть ослабляет путы, стянувшие грудь так, что невозможно вздохнуть. Я уже давно не жду от Джессики ничего… нормального.

— Спасибо, что помог. Дальше я сам, – киваю я интерну, и лишь когда за ним захлопывается дверь, перевожу взгляд на сестру. – Какого черта, Джесс?

— А ты неплохо устроился. – Она окидывает взглядом комнату отдыха: диван, стол, вешалку и личную ванную. Не знаю, что именно ее впечатляет. Может, мое имя на двери? – Стал большой звездой и зазнался? Забыл о семье.

Я сжимаю кулаки. Единственная, кто забыла о семье, – это она. И не только о родителях, но и о собственном сыне. Сыне! Я бросаю взгляд на Себби – у него дрожат губы.

— Хочешь поиграть в приставку? – Племянник поднимает на меня глаза и кивает. Я протягиваю ему переносную консоль и надеваю звукоподавляющие наушники, с которыми не расстаюсь перед гонкой. Он устраивается на диване, поджав ноги, и погружается в спасительный мир видеоигр.

Вот теперь, сестричка, я готов поговорить с тобой. Ледяной клубок внутри распускает шипы, и я сдерживаюсь из последних сил.

— Ты умом тронулась? Зачем ты увела его от родителей? Где они? – Я скрещиваю руки на груди, чтобы скрыть дрожь ярости. Настолько это в духе Джессики: не думать ни о ком, кроме себя. Нервный срыв у ребенка и паника у родителей – ей-то какая разница? Переживут.

— Где-то на трибунах. – Она лениво пожимает плечами. – Что им будет? Себби просто увидел меня в толпе и подошел.

Смотрю сестре в глаза и понимаю, что она врет. Джессика увела его от родителей. Хватаю телефон и пишу маме сообщение: «Себби со мной. Комната отдыха». Я не представляю, что с ними сейчас происходит. У отца шалит сердце – если он перенервничает и случится что-то… я убью ее.

— Что тебе нужно? – сразу перехожу к делу. Я слишком хорошо знаю сестру: просто так она шевелиться не будет. Как она вообще сюда попала? Как узнала, где будут сидеть родители?

Выдыхаю. Это неважно. Такие, как она, бывают донельзя изворотливы, когда им это нужно.

— Сразу к делу, да? Нет времени просто поболтать с сестрой? – тянет Джесс издевательски. Я смотрю на часы над дверью: до гонки сорок минут. Значит, у меня есть максимум десять минут, чтобы вышвырнуть ее отсюда и вернуть Себби родителям.

Я успею. Глубокий вдох. Должен успеть.

— Повторяю последний раз: что тебе нужно? – Я стараюсь говорить спокойно, без эмоций, не давая вырваться тому, что творится внутри.

— Ну, раз уж ты зазвездился, не буду тянуть. – Она смотрит мне в глаза, и в них плещется превосходство. Она что-то задумала. – Я хочу забрать Себби.

Легкие будто схлопнулись, а адреналин разносится по телу горячей волной.