Книга Газолин, страница 62 – Виктория Голубева

Весь следующий час провожу за сборами. В своей новой жизни еще ни разу не бывала в ночных клубах. Внутри зажигается предвкушение: сегодня все будет по-настоящему – не скучный VIP-зал в компании моего бывшего и толпы заклятых друзей.

Волосы уложены легкими волнами и закреплены матово-черной заколкой-бабочкой. Макияж в последнее время делаю простой, и сегодня не хочу отходить от привычного образа – только стрелки нарисую, чтобы добавить глазам выразительности.

Раньше я носила их постоянно – стрелки были частью образа Нины. После побега стало не до них.

Но сегодня хочется, чтобы на меня смотрели другие мужчины. Мне нужно ощутить внимание, почувствовать себя желанной.

Оливер возвращается через сорок минут уже одетый для клуба: простая футболка, джинсы и куча модных мужских аксессуаров – браслеты, кольца, цепочки. В клубы он ходит куда чаще меня, для него это часть работы, поэтому его образ выверен до мелочей.

В руках у него кофр для одежды.

Олли застает меня у шкафа: в длинной футболке я перебираю вешалки, пытаясь выбрать наряд. Оказывается, вечерних платьев у меня катастрофически мало.

— Покажи, что выбрала, – требует он.

Я демонстрирую обычную майку и черные джинсы. Олли закатывает глаза:

— Скажи спасибо своей «фее-крестной»: я принес тебе кое-что из запасов костюмеров.

Он раскрывает кофр – внутри платье.

Черное, все усыпанное пайетками и вышитое геометрическими узорами. Я провожу кончиками пальцев по их «чешуе», рассматривая. Короткое платье-футляр без бретелек – настолько короткое, что под него и шорты можно надеть.

Я выразительно смотрю на Олли, но он непреклонен, и я иду в ванную переодеваться. Стягиваю футболку, оставаясь в простом черном белье. Красивом, но точно не для вечера с продолжением. Впрочем, мы же просто потанцевать идем.

Сквозь закрытую дверь слышу стук. Странно, я никого не жду.

Как раз пытаюсь влезть в платье, не испортив прическу, поэтому открыть сама не могу.

— Олли, открой! – кричу я. Наверное, ошиблись или обслуживание номеров.

Как назло, одна прядь зацепилась за пайетки сзади, и освободить ее самой никак не получается. Молнию тоже не застегнуть: прищемлю волосы.

Выхожу из ванной, придерживая платье на груди, голова чуть откинута назад, чтобы не тянуть зацепившуюся прядь.

— Поможешь с молнией? Волосы запутались в пайетках – боюсь зажевать еще сильнее, – бросаю я на ходу. Расстегнутые края платья хлопают по спине при каждом движении, будто крылья.

Останавливаюсь: дверь в номер распахнута настежь. В проеме стоит Оливер – руки скрещены на груди, взгляд настороженный. Он явно не собирается пропускать того, кто пришел.

Подхожу ближе, и внутри все замирает. Это Хантер, черт его подери.

— Видишь, даже ждать долго не пришлось, – говорит он Оливеру, выходя из-за его спины.

Его взгляд медленно скользит по моим плечам, по выступающим ключицам и задерживается чуть ниже, у линии, где начинается лиф платья.

Я сразу чувствую себя обнаженной. Впрочем, почти так и есть. Подтягиваю платье повыше: не хочу, чтобы Хантер видел меня такой. Или хочу?

Игнорирую жар, бегущий по телу.

И тут меня аж злость берет: как ему только хватает наглости прийти ко мне после того, как пару часов назад он буквально затащил к себе в номер какую-то девушку?! Ядовитая ревность клокочет где-то в горле.