Книга Любовь и ненависть в Ровердорме, страница 82 – Оксана Гринберга

Со своей стороны, я обещала избегать встреч с молодым герцогом Кавингтоном, пока тот находится в Ровердорме.

Поставив подпись, я подумала, что тем самым между мной и тетей было заключено нечто вроде временного перемирия. И пусть Азалия Уилсон все так же считала, что наше место… Хорошо, уже не на помойке, но все равно с видом на нее, но, по крайней мере, она поинтересовалась у меня здоровьем тети Прим. После этого распорядилась, чтобы ее кухарка приготовила той куриный бульон – лучшее средство для восстановления сил.

Затем последовало сухое приглашение для нас с Лиззи присоединиться к ним за семейным ужином.

Лоуренса в Ровердорме не было, и все за столом принялись гадать, какая оказия вынудила того отправиться аж в Ольсен. Я догадывалась, но помалкивала, поглядывая в свою тарелку и пытаясь заглушить протестующий внутренний голос.

Все я сделала правильно, твердила себе. Я не должна ни в чем себя упрекать, потому что где я, а где герцог Кавингтон?!

Зато с этим договором нам больше не будет грозить голод, я смогу отвезти Лиззи в столицу, починить крышу в Восточном Крыле и даже достать с полок книги, чтобы начинать готовиться по ним к вступительным экзаменам.

Но если я все сделала правильно, то почему на душе было настолько отвратительно? Словно я продала за деньги то, чему нет цены.

Тут на колени Илейн прыгнула непонятно откуда взявшаяся жаба, и мне стало не до угрызений совести. Кузина истерически завизжала, подскакивая на ноги и пытаясь скинуть ее с платья. Опрокинула стул, затем запуталась в подоле и ножках мебели и упала, потянув на себя скатерть с остатками ужина.

В этот самый момент тетя Азалия отчитывала Лиззи за то, что та взяла неправильный нож для рыбы. Сестра слушала ее с понурым видом и к произошедшему причастна быть никак не могла. Я сидела на другом конце стола, и в жабьем преступлении тоже не была замешана – Азалия Уилсон прекрасно это видела.

Тогда откуда же взялось прыгучее земноводное?

— Ну любят они вашу дочь, – пожал плечами вызванный нами Патрик после того, как отловил бородавчатую негодницу за лапу. – Но эти жабы не заразные, так что нечего их бояться. Да и к зиме они в спячку впадут и не будут вам больше докучать!

— До зимы я не доживу! – воскликнула Илейн, заламывая руки. – Я их терпеть не могу! Боюсь до ужаса, до дрожи!.. За что мне такое наказание?!

Я снова промолчала, хотя вспомнила тетушкино гадание и прозвучавшее предсказание. Тут Илейн в слезах бросилась вон из столовой, тетя Азалия отправилась ее успокаивать, так что ужинали мы уже втроем – Кейт, Лиззи и я.

Дядя к этому времени выполнил свою «норму» и преспокойно спал.

Мы тоже хранили молчание, но при этом я не спускала глаз с Кейт Истром. Думала о том, что если тетушкины предсказания сбываются с такой скоростью, как в случае с Лоуренсом и Илейн, то очень скоро должно проявиться и предсказанное Кейт.

Но обещанные ей позор и тюрьма не спешили наступать, и я понятия не имела, когда это произойдет. Быть может, тетя Прим все-таки ошиблась насчет нее?

На следующее утро предсказание тоже не сбылось, поэтому мы стали собираться к Тейтерам. Илейн с Кейт долго выбирали подарок Нэнси, не став меня слушать. Вместо того, чтобы привезти ей книгу из библиотеки «Поющей Ивы» – я даже знала, какая может понравиться моей подруге, – они решили, что случайно затесавшаяся в гардероб Илейн соломенная шляпка вполне сойдет.