Книга Двор призрачных сердец, страница 212 – Элис Нокс

Слишком поздно.

Два меча из света возникли в его руках — длинные, изогнутые, пульсирующие энергией, что гудела в воздухе низким басом.

И он взорвался движением.

Это был не бой. Это была казнь.

* * *

Клинки резали воздух, плоть, кости — безостановочно, безжалостно, в идеальном ритме, где не было ни одного лишнего движения, ни одной промашки. Лис двигался как тень, как призрак, как смерть в обличье фейри — телепортируясь на короткие дистанции между ударами, исчезая и появляясь в разных концах палубы, невозможный, непредсказуемый.

Первый пират упал — горло перерезано одним точным движением клинка, кровь хлынула фонтаном, окрасила палубу в густой алый, забрызгала мачту горячими каплями.

Второй попытался ударить саблей сбоку — широко замахнулся, рыкнув от ярости и страха.

Лис исчез за мгновение до удара, растворился в воздухе. Материализовался позади, бесшумный, смертельный, и оба меча вонзились в спину одновременно — между лопаток, прямо в позвоночник, с хрустом ломая кости.

Пират застыл, открыл рот в беззвучном крике, из которого вырвался только хрип, и рухнул вперёд тяжёлым мешком.

Третий, четвёртый, пятый — все слились в единый кровавый вихрь, где смерть приходила быстро, без предупреждения, без шанса на защиту.

Лис двигался непрерывно — шаг, удар, телепортация, снова удар. Каждое появление длилось секунду, не больше, и каждый раз кто-то умирал. Грудь пробита насквозь — меч вошёл между рёбер, разорвал сердце, вышел из спины дымящимся остриём. Голова отделена от плеч — клинок прошёл сквозь шею одним плавным движением, и она покатилась по палубе, оставляя за собой алый след.

Ни одной эмоции на лице. Ни гнева, ни удовольствия, ни жалости, ни сожаления. Только механическая точность убийцы, делающего свою работу с холодной эффективностью, не тратя лишних сил.

Группа из шести пиратов сгрудилась у мачты, пытаясь защитить друг друга спинами, сабли выставлены вперёд дрожащими руками, глаза широко распахнуты от ужаса.

Бесполезно.

Лис появился в их центре — телепортировался прямо между ними, в сердце их жалкой защиты — и мечи закружились в смертельном танце, где каждое движение было смертью, каждый взмах — концом.

Один удар — пират слева упал, живот распорот, внутренности вывалились на палубу скользкой кучей.

Два удара — двое справа рухнули одновременно, груди пробиты насквозь светящимися клинками.

Три удара — оставшиеся трое даже не успели закричать, только захрипели, истекая кровью из множественных ран, изрезавших тела в клочья.

Лис шагнул из круга трупов, даже не оглядываясь, уже двигаясь к следующей цели.

Огромный пират с топором размером с мою голову выскочил из-за бочек с рыком, татуированное лицо исказилось яростью. Замахнулся широко, намереваясь разрубить Лиса пополам одним ударом.

Лис даже не замедлился.

Телепортировался на шаг влево — исчез в воздухе, словно его и не было — и топор прошёл сквозь пустое пространство, врезался в доски палубы, расколол их глубокой трещиной.

Материализовался позади гиганта, и клинок вошёл в затылок — прошёл сквозь череп, мозг, вышел через открытый рот светящимся языком.

Пират застыл, глаза закатились, и рухнул на колени, а потом лицом вперёд, погребая под собой топор. Кровь разлилась вокруг головы тёмной лужей.

Кто-то бросил в Лиса абордажный крюк на цепи — оружие закрутилось в воздухе с металлическим звоном, нацеленное в голову.