Книга Зови меня Волком, страница 67 – Лина Славянова

Княжич Даромир молчал, зло глядел то на отца, то на княгиню. Слуга протянул ему блюдо с пирогами. Даромир брезгливо оттолкнул подношение, процедив меж зубов оскорбление. Любослав глянул на сына, как тогда на улице – холодно и безразлично. Даромир виновато поджал губы и опустил глаза. Князь кивнул и продолжил:

— Брониимир проклинал Награй и весь свой род, узнав об этом решении, – продолжил Любослав. – Уходя, он даже обещал вернуться и не оставить камня на камне от родного города… и вот… Где он и где Награй? Но стоит ли войны вся эта делёжка? Когда любому, даже младенцу, известно, что Награй и Грата – одного поля ягоды, одного рода города, и всегда были одним целым, лишь недавно позабыв об этом.

Бояре гратские словно отмерли, повеселели и одобрительно закивали, понимая, к чему клонит князь. Даромир сжал губы в тонкую нить. Прищурившись, он взглянул на отца.

— Не стоит – это точно, – подтвердил изрядно захмелевший старый боярин Гладожар.

— Благодарю, – кивнул Любослав. – Так может, нам довести уже до конца то, что начали наши отцы, и объединиться? Сделаем так, как изначально полагалось, и станет Княгиня Гратская – дочь Яроша – моей женой, и будет носить моё имя с честью, подобающей Великой княгине?

— Ответ мой, князь, как и водится, ты получишь на третий день, – сдавленно улыбнулась Брониимира, поднимая кубок.

Гости одобрительно зашумели, поднимая кружки и кубки. Закончив длинную сватовскую речь, князь сел за стол и повернулся к Брониимире:

— Что же? Не побоишься снова выйти замуж за награйского жениха? Али тебе больше по душе меня братом видеть? – он не скрывал желания понравиться невесте.

— Шибко норов у вас, награйцев, нетерпеливый – ответила Бронимира. – На третий день всё и узнаешь, как и подобает.

Князь ласково кивнул и повернулся к боярам, желавшим его внимания куда больше, чем молодая вдова.

— Не переживай, князь, – заговорщицки подмигнул ему Кудиир, потерпи, как водится, три денёчка, и получишь свой ответ.

Знакомый гусляр затянул длинную песню о пропавшем княжиче, даже успел сочинить продолжение, про страшную кончину Брониимира Жестокого. Он старательно напевал, восхваляя ратные подвиги смелого награйского сына, ярость и отчаяние, охватившие князя, потерявшего сына, и страдания бедной вдовы, столь скоро оставшейся без мужа и сына. Однако, чем дольше сидели за столом, тем больше хмелели гости, песни становились веселее и задорнее, а настроение всё легче.

Князь настоял, чтоб Брониимира проводила его к памятному столбу. Весть о том, что Любослав всё же посватался, мигом разлетелась по городу. «Войны не будет» – доносилось со всех улиц.

Вокруг дворцовой стены собралась толпа гратичей. Люди радостно хлопали в ладоши и кланялись в пояс, когда, звеня бубенцами, по улицам проезжала княжеская повозка. На площади стояли три боярина. Кудиир, молодой и старик, с пепельной, жидкой, но длинной бородой.

— Доброго здравия, Князь Любослав, – поклонился старый. – Гляди-ка, как народу ты по нраву, – он лукаво прищурил левый глаз.

Любослав кивнул, взял под руку Брониимиру и отвернулся от бояр. Княгиня, после того ужина, заперлась в покоях, выходила только отобедать с гостями. Она строго запретила беспокоить её, не допуская к себе даже охрану. Только раз в сутки принимала боярскую думу, но стоило им уйти, как тотчас же приходили няньки с девками, помогая княгине привести себя в порядок к ужину или подготовиться ко сну. Старухи-няньки и девки ночевали в княжеских покоях.