Книга Ловец Чудес, страница 10 – Рита Хоффман

Второй этаж оказался безликим, как и первый: кремовые стены, белые двери. У меня возникло подозрение, что дом либо сдается, либо давно стоит пустым. Здесь не пахло людьми, только пылью и запустением.

Мой угрюмый спутник открыл дверь и остановился на пороге. Я попытался войти, но он преградил мне путь и кивком указал на пакет.

— Эту вещь нельзя передавать кому попало, – возмутился я.

Ничего объяснять он не стал – вырвал пакет из моих рук и втолкнул меня в комнату. Так грубо со мной давно не обращались, захотелось высказать все, что я думаю, но негодяй уже скрылся за черной непроницаемой ширмой, которая выглядела в этой комнате совершенно неуместно. Оттуда раздался второй голос, искаженный и похожий на радиопомехи:

— Достал все-таки.

Мой немногословный конвоир вернулся и встал перед ширмой, всем своим видом показывая, что лучше мне не пытаться взглянуть на того, кто скрывается за ней. Не очень-то и хотелось.

— Кто вы? – спросил я.

— Молитесь, чтобы вам никогда не пришлось узнать этого, – ответил невидимый собеседник.

— Скажите тогда, что я здесь делаю, – голос мой должен был звучать требовательно, но на деле походил на блеяние овцы.

— Мне захотелось увидеть того, кто рискует жизнью ради шара с джинном.

— Что ж, надеюсь, вы не разочарованы.

— Ничуть. Скажите, мистер Морган, насколько вы заинтересованы в личном обогащении?

— Какая причудливая формулировка вопроса, – заметил я. – Что вы имеете в виду под «личным обогащением»?

— Сколько процентов вашего дохода остается в кармане главы Ордена? – прямо спросил человек за ширмой.

— Не уверен, что могу говорить об этом.

Подписывая договор с Орденом, я не слишком внимательно прочел перечень правил и запретов, а сейчас, пять лет спустя, не мог вспомнить вообще ничего. Но что-то подсказывало: лучше не называть точных цифр и вообще помалкивать.

— Хорошо, мистер Морган. В таком случае скажу прямо: я точно знаю, что глава Ордена оставляет себе шестьдесят процентов. Можете не подтверждать эту информацию.

— К чему вы ведете? – не выдержал я. – Неужели вы позвали меня только затем, чтобы выяснить, сколько я зарабатываю?

— Я позвал вас, чтобы предложить больше.

Хочу ли я денег? Конечно! Любой, кто в детстве перебивался с хлеба на воду, хочет разбогатеть. Это наш святой Грааль, наша голубая мечта. Мы поклоняемся хрустящему доллару и блестящим слиткам драгоценных металлов. Глядя на себя и себе подобных, могу сказать, что нищета изуродовала наши души. Кто-то, дорвавшись до больших денег, начинает сорить ими, а кто-то, наоборот, превращается в скрягу. Мне удается держаться где-то между этими крайностями, но с переменным успехом: бывают дни, когда я покупаю костюм за несколько сотен фунтов, а потом пытаюсь сдать его обратно в магазин, понимая, что на эти деньги мог бы безбедно существовать довольно продолжительное время. Но сейчас мое желание заработать все деньги мира поджало хвост и забилось в угол. Орден не щадит тех, кто решает его покинуть.

— Боюсь, вынужден отказаться. Если вы в курсе внутренней политики Ордена, вам должно быть известно, что предательство карается смертью, – сказал я.

— Да, я знаю, – ответил мой собеседник. – Но дело интересное. Хотя бы выслушайте меня.

— Не тратьте свое время. – Я сложил руки на груди, подсознательно пытаясь закрыться от этого человека. – Моя жизнь стоит больше, чем…