Книга Звереныш, страница 127 – Рита Хоффман

— Не справился с детьми. Светлейший из альвов. — Троллькона рассмеялась, и ее смех походил на звук, с которым с гор падают камни.

— Их не должно было здесь быть! — вспыхнул тот. — Их место — за Завесой!

— Вернулись. — Пожав плечами, троллькона подкинула трав в костер.

Вольф отпрянул от поднявшегося снопа искр.

— И ты так просто говоришь об этом? «Вернулись»? Ты даже не пыталась отправить их обратно?

— Мне не мешают. — Прищурившись, троллькона добавила: — Не я обещала людям. Защиту.

— Так ты знаешь. — Сурдри подобрался, словно готовясь к атаке. — Хорошо. Так даже лучше. Значит, ты понимаешь, зачем я пришел.

— Может, да. Может, нет.

— Я должен узнать, почему они возвращаются.

— Старухи приходили. Я сказала им все.

Сурдри ответ не устроил — он сбросил личину старика и, тряхнув рыжими волосами, подался вперед, опасно близко к разделявшему его и троллькону огню.

— Ты врешь мне, мать волков.

— Ты врешь людям. Светлейший из альвов.

Если Иные почтительно склоняли головы, когда встречались с Сурдри, то троллькона, казалось, не склонилась бы даже перед лицом самого господина Блицерона. Она сидела, опираясь спиной на бок огромного волка, расслабленная и величественная, а на Светлейшего смотрела как на ребенка, который ведет себя неподобающим образом.

— Что сделано, то сделано, — сквозь зубы процедил Сурдри. — Поздно винить меня в том, что я пытался защитить свой народ любыми способами.

— Народ, — эхом повторила троллькона. — Иные не жили. С людьми. Никогда.

— И умирали от их рук!

— И люди тоже. Умирают. От рук людей.

— Кто-то должен был это прекратить.

— Ты не прекратил. Заставил их. Притворяться. Из-за приказа короля.

— Но своей цели достиг, — настаивал Светлейший. — Цверги торгуют с людьми. Их оружие…

— Убивает. Но теперь. Других, — закончила за него троллькона. — И сейчас. Люди боятся. И снова проливают. Кровь Иных. Варги чуют.

Будто подтверждая ее слова, волк поднял большую голову и издал низкий предупреждающий рык.

— Твари пугают их, а проклятые приспешники Светочи убеждают людей в том, что разницы между этими чудовищами и Иными нет! — Сурдри ударил кулаком по колену. — Они лгут им!

— Как и ты.

Троллькона медленно сняла с головы капюшон, и Вольф понял, что рога, которые, как он думал, украшают плащ, растут прямо из ее головы. Ветвистые и тяжелые, они напоминали оленьи и были увешаны перьями, лентами и мелкими костями. Такие же украшения оказались вплетены в густые черные волосы, убранные в толстые косы.

— Я должен узнать, почему и как твари выходят из-за Завесы. — Сурдри сжал кулаки. — Помоги мне, мать волков.

— Отдай мальчишку.

Вздрогнув, Вольф уставился на троллькону. Та смотрела на Светлейшего. Она явно не шутила.

— Его растили хагазуссы. Он нужен Иным. — Светлейший покачал головой. — Я не могу этого сделать.

«То есть, не будь я нужен для защиты эрбпринца, он бы просто оставил меня здесь?»

— Он умеет звать. Приказывать. Слишком много. Для ребенка.

— Поговори об этом с ним или старухами, я ничего не смыслю в… — начал было Сурдри, но троллькона вдруг рассмеялась. — Что?

— Хочешь обуздать. Силу. Но ничего. Не знаешь о ней. Глупый альв.

Помолчав, она продолжила:

— Сейдманнов больше нет. Мужчины не должны. Касаться Завесы. Владыка ревностно. Оберегает свою исключительность.