Книга Псих. Первая кровь, страница 37 – Павел Барчук, Павел Ларин

Я прищурился, прочёл надпись на боксе воспитателя:

«ОПЫТ 4. ПРИВИВАНИЕ. ВОЗРАСТНАЯ ГРУППА 9–12».

Зубов вдруг резко тряхнул головой, будто отгонял какие-то мысли, закрыл крышку, обернулся к треноге. Постоял секунды две, разглядывая проектор.

— Включить-то можно, — сказал он вслух, — а смотреть некогда. Такие аппараты давно вывели из употребления. Вряд ли найдем в городе. Хотя… может, в городской библиотеке или в музее… — воспитатель окликнул Гнуса, который перебирал папки на полках. — Никонов, сумку давай.

— Так там инструмент какой-то, — удивился Толик.

— Вытряхивай его на хрен. Я брал на тот случай, если понадобится долбить стену или вскрывать ломом двери. Как видишь, обошлись.

Гнус схватил сумку, перевернул её и вывалил всё на пол. Железки брякнули, покатились по бетону. Мы начали закидывать боксы с картриджами внутрь, уже без разбора, все, какие попадались под руку. Толик сверху ещё запихивал папки.

«ПСИХ! ОПАСНОСТЬ! РЯДОМ!»

Крик Мозгоеда был настолько неожиданным и громким, что меня буквально подкинуло на месте.

А потом вдруг резко перед глазами появилась картинка — замок. Тот самый, который открывал Толик. Яркое, чёткое воспоминание. И тут же следом пришло осознание. Замок был старый, но чистый. Ни единого следа ржавчины, будто его часто открывали. Причём делали это не когда-то много десятилетий назад, а сейчас, возможно, даже сегодня.

Я посмотрел на подельников, а потом рявкнул так, чтобы они точно услышали и поняли: дело пахнет писюнами.

— Уходим! Прямо сейчас!

К сожалению, было уже слишком поздно.

Двери, ведущие в комнату, буквально вынесло с петель. Это было похоже на взрыв, но только не на обычный, скорее на удар невидимой волны.

Тут же в комнату заскочили двое, за ними вошли еще пара человек. Люди в чёрном. Инквизиторы. Всего четверо. В руках у них были те самые палки, которые они уже использовали прошлой ночью в интернате.

— Безопасники! — заорал Гнус, а потом со всей дури толкнул ближайший стеллаж вперёд, навстречу врагу. Откуда только силы взялись?

Папки, коробки, всё, что оставалось на полках, посыпалось на пол. Но несколько секунд Толик нам выиграл. Зубов сорвался с места, подскочил к большому столу, стоявшему возле треноги. Одним движением перевернул его.

— Сюда! — гаркнул он нам.

Вот тут нас даже уговаривать не пришлось. Пожалуй, так синхронно и слаженно мы ещё ни разу не действовали.

Одним прыжком все трое переместились к Церберу, спрятались за столешницей. Зубов сразу же начал стрелять. Одному из инквизиторов прилетело в плечо, он взвыл вполне себе обычным человеческим матом и отпрыгнул в угол в поисках укрытия. Остальные поняли, что взять нас будет не так просто, и повторили манёвр Гнуса, повалили стеллаж, укрылись за ним.

Теперь всё это выглядело со стороны как игра в войнушку. В одном углу комнаты — огромный стол, за ним мы с Зубовым. В другом — поваленные стеллажи, горы папок и коробок. Там затаились инквизиторы.

При этом они палили в нас из своих палок чем-то невидимым. Я ощущал только колебания воздуха. А Зубов прицельно пытался подстрелить еще кого-нибудь.

«Не подставляйся под „стрелу“!— надрывался телепат. — Свалит любого! Ей плевать, одарённый ты или деревянное полено! Если словишь импульс, минут пять будет трясти в конвульсиях. И дружкам своим скажи!»