Книга Грозный Шторм, страница 86 – Алика Фортис

В моём представлении они вообще выходить не будут. Их оттуда вынесут.

Когда подъехали к нужному дому, там уже стояла ментовская машина. Лёха и Макар подъехали практически вровень с нами. Но зато Димон и Илюха уже ждали.

Тачку кинул хер пойми как. Да похер. В подъезд влетели всей толпой. Парни из полиции стояли на этаже возле двери и деликатно звонили в звонок.

— Что там? – рыкнул, глядя на них безумным взглядом.

— А вы кто? – не спешили мне отвечать. А меня бомбило.

— Муж потерпевшей. Её силой удерживают в квартире, – этот ответ их вполне удовлетворил.

— Дверь не открывают. Оснований вскрывать у нас не было, – сказал ещё совсем зелёный лейтенант.

— Зато у меня есть.

Сука, я эту дверь сейчас в щепки разнесу. Благо не железная, а херня какая-то времён моей бабушки.

Не теряя времени, разогнал всех и с размаха начал таранить дверь плечом. Сука, вроде хлипкая, а держится. Ромыч тоже подключился.

Ввалились в хату, как два тарана. Дверь и правда в щепки.

— Аня! – заорал как чумной. А потом увидел одного из тех, кто её тут запер. – Аня где, мразота? – схватил парня за грудки и нехило встряхнул.

— Мужик, ты охренел? Вали, откуда пришёл.

— Неправильный ответ.

Смачно приложил его носом о колено. Помнил, как Аня рассказывала о его приставаниях, когда она еле ноги унесла.

— Я на тебя заявление напишу, отморозок! – верещал Анин отчим, хрен знает откуда появившийся. Орёт, на сына смотрит, а сам трясётся. Того гляди обоссытся со страха.

— А я тебе сейчас обе руки сломаю. Хером писать будешь?

Успел только в морду ему двинуть, когда парни меня от него оттащили.

— Макс, полегче. Не при ментах же? – попытался меня вразумить Дима.

А мне сейчас вообще до лампочки, при ком. Обоих в асфальт закатать готов. И глазом не моргну.

— Максим? – послышался испуганный голосок Ани.

А меня как разрядом молнии прошибло. Тут же обернулся на голос.

Стоит, смотрит на меня круглыми глазищами. Руки заламывает. Но главное – цела и невредима.

Даже отпустило немного. Не до конца, конечно же. И с ней ещё предстоит воспитательная беседа.

Но это всё потом. Успеется. Сейчас, как под гипнозом, к ней двинулся. Шёл, глядя на неё, и не моргал, кажется.

Сгрёб Аню в охапку, а сам в её макушку носом уткнулся. Вот оно. Вот этот запах. Её запах. Полное умиротворение и гармония. Прям размазало.

Я бы, наверное, так и стоял тут. Приросший к полу.

Хотя тут и без того сложно ноги от него оторвать. Липкий, грязный. В таких случаях обычно надевают бахилы, чтоб свою обувь не изговнять.

Да, ремонт тут предстоит капитальный. Но ничего, сделаем. Главное, Аня довольная стоит и ко мне жмётся. Уже и страха такого у неё нет. А вот мой за неё ещё не отпустил до конца.

— С полицией мы разрулили. Этих двоих сейчас упакуют, – сказал подошедший Ромыч. – Нормальные парни, хоть и зелёные ещё. Поняли, что к чему.

— Обалдеть! Вы все тут! – пропищала Аня с таким восторгом и удивлением в голосе.

А чему удивляется? Давно уже понять пора, что парни за неё любого порвут. Как и я.

— А ты как думала? Ещё б мы не все. Тут как минимум Макса сдерживать надо было, а то размазал бы захватчиков жилплощади до кровавых соплей, – засмеялся друг, разряжая обстановку.

— Спасибо, парни, – сказал ребятам, когда все столпились возле нас.

— Да иди ты, Шторм, в жопу со своим спасибо! Мы за нашу Аньку и тебя размотаем, если надо будет, – сказал Лёха, похлопав меня по плечу, а парни дружно заржали.