Книга Преданная, страница 6 – Мария Акулова

— Он раньше был адвокатом, — глупо защищаю кумира. Лиза улыбается.

Мы выезжаем с парковки, когда машины судьи Тарнавского уже даже не видно. Это была наша с ним последняя встреча, получается.

В груди ноет. Ужасно грустно.

— Папы не будет, кстати…

Подруга сообщает после паузы. Я смотрю мельком и киваю.

Это хорошо. Папа Лизы меня пугает. Слишком серьезный. И слишком много внимания уделяет моей заурядной персоне.

Делаю вдох. Задержку. Выдох с толчком.

Прощайте, господин Тарнавский. Спасибо, что спасли нам Владика.

Если жизнь даст шанс — я обязательно верну вам долг нашей семьи.

Прим автора:

ОТП — общая теория права

Юля

Зря я согласилась. Кто знает, вот зачем?

Злюсь на себя, сидя за столом вместе с Лизой и ее отцом.

Ужин засервирован так, будто мы не в квартире и не втроем, а в каком-то дорогущем ресторане на серьезном мероприятии, но вместо восторга я испытываю неловкость.

Комната пронизана тишиной. Я — напряжением.

Если бы знала, что у Лизиного отца могут измениться планы, отказалась бы настойчивее.

Но уже поздно.

Мне кажется, подруга тоже не светится радостью. Выглядит довольно кисло. Больше гоняет содержимое тарелки по ее периметру, чем ест.

До его приезда Лиза вела себя совсем иначе. А сейчас как будто отбывает повинность. И я отбываю.

Вообще я никогда не спрашивала, но мне кажется, отношения у них далеко не такие, как в обычных семьях.

Отец Лизы скорее походит на начальника, она — на подчиненную. Со списком задач и перспективой штрафов за невыполнение.

А еще они вот уже шесть лет только вдвоем. Мама Лизы умерла, когда дочь заканчивала школу.

Я не лезу с лишними вопросами. Если подруга захочет — поделится. Хочу ли подробностей я — даже не знаю.

Сейчас хочу, чтобы наш «ужин» скорее закончился и мы разошлись. Руслан Викторович — в свой кабинет на первом ярусе квартиры. Мы с Лизой — в ее спальню на втором.

— Что там сессия, Лиз? — Не самую уютную тишину, которую до этого разбавляли вялые попытки пообщаться ни о чем и звон приборов, на сей раз прерывает Руслан Викторович.

Он смотрит на дочь, я — мельком на него из-под полуопущенных ресниц.

Импозантный мужчина сорока пяти лет действует на меня угнетающе. Вроде бы оснований нет, но я его сторонюсь.

Смолин ни разу не позволял себе со мной грубости. Не делал замечаний и не выражал недовольства моим присутствием в своем доме. Но я все равно не могу расслабиться.

Выглядит он спокойно-отстраненно. Немногословный. Очень сдержанный. Вроде бы.

Хотя я помню, как умеет разговаривать. Слышала однажды их с Лизой скандал. Это было… Страшно.

Наверное, именно поэтому и опасаюсь. Вот и сейчас даже мурашки по коже. С такими лучше не связываться. И уж тем более не злить.

Он занимается каким-то серьезным и очень денежным бизнесом. Я не вникала, да и Лиза не очень болтлива, когда речь заходит об отце.

Руслан Викторович смотрит на дочь в ожидании ответа. Она настраивается. Передергивает плечами и ненатурально улыбается отцу:

— Все хорошо, пап. Мы вот с Юлей готовимся как раз.

Подруга поворачивает голову ко мне, я ей за это совсем не благодарна. Вслед за ней взгляд переводит и хозяин дома.

Мысленно прошу: не надо на меня даже смотреть.

Концентрируюсь на тарелке и обещаю себе, что в жизни больше не соглашусь на приглашение. Хочется Лизе готовиться вдвоем — будем в кафе.