Книга Стану смелой для тебя, страница 82 – Мария Акулова

* * *

Во вторник Данилы не было в офисе. Санта узнала об этом ближе к обеду. Не выясняла специально. Приглашения к себе больше уж точно не ждала. Человеком была… Понятливым. И гордость тоже имела. Навязываться не станет.

Весь вечер понедельника провела со злыми мыслями. Потому что это не она к нему подошла. Это не она начала. Но расхлебывать почему-то ей. Самой разбираться. Самой смиряться. Самой забывать и жить дальше.

Альбина через губу сообщила, что Санта дорабатывает под её началом те проекты, за которые взялась, а в дальнейшем все задания от другого старшего юриста. Очевидно, что всё это – по поручению Данилы Андреевича.

Но Примерова этот нюанс не озвучила. Санта о нём не спросила…

И разозлилась ещё больше. Потому что он не забыл. Он просто решил, что не хочет общаться с ней.

И пусть он мог руководствоваться наиблагороднейшими мотивами, но для Санты это выглядело, как будто брезгует.

Наверняка она сама себя накручивала, но сложно не заниматься этим, когда ты – волчок, и тебя уже забросили, раскрутив веревку.

Он забросил.

И отошел.

В среду на четыре было назначено новое заседание по делу аукционного имущества ССК. То самое, которое Чернов ведет лично. Где противник – Лекса… И где он обещал взять Санту с собой.

Ещё утром Щетинской даже казалось, что у неё есть шанс. Потому что Чернов – в офисе. Ходит по коридорам, говорит по телефону и с кем-то. Даже в их опенспейс заходит, бродит взглядом, а у Санты замирает всё – от пальцев до сердца, но он обращается не к ней. И в кабинет зовет не её. Её он не видит. Или делает вид. Потом снова говорит, ходит. Занят делом. А не как Щетинская – слежением за человеком, который четко дал понять: «ошибка. Не повторится».

Но чем ближе к времени, когда пора бы выезжать, тем чётче понимание: на сей раз он без неё. Его «ни на чём не скажется» – пустое обещание. Потому что сказалось.

Санта дождалась времени, когда Чернов должен бы уже точно уехать, в опенспейсе. Специально не выходила, чтобы не застать его у лифтов и не создавать неловкость на ровном месте.

Она всё поняла. Ей не нужна показуха. И к совести взывать она никого не собирается. Напоминать о данном слове.

Неслучившаяся ночь на кухне, которая поначалу казалась практически ожившей сказкой, на практике оказалась предвестником её разоблачения. Потому что принцы ведут себя не так. Да и принцессы тоже, наверное.

На рецепцию, чтобы забрать отправленные на печать документы, Санта вышла с четкой уверенностью: Чернова в офисе уже нет. С уверенностью и пустотой внутри.

Стояла спиной к лифтам, за стойкой. Складывала горячие после печати листы, отпустив на пару минут счастливую Тому в уборную.

Не следила за тем, что происходит в холле.

Зря, наверное.

Потому что если да – умерла бы от разрыва сердца чуть раньше. А так…

— Том…

Голос Данилы, пусть и не слишком радостный, ещё и явно обращенный не к Санте, вызвал реакцию в ней. Кожа стала гусиной. В горле – сухо. В груди – тесно. Она застыла, держа листы навису.

Понимая, что сзади – Данила. И ещё понимая, что он её тут видеть, наверное, не хотел бы.

И поверни она голову – прочтет во взгляде мужчины это.

— Привет… Прости. Я Тому ищу.

Но не повернуть – нельзя. Потому что голос Чернова чуть меняется. И вот сейчас он обращается точно к ней.