Книга Шпионское грузило, страница 48 – Лен Дейтон

— Ее отец знает вашу точку зрения?

— Я и сам не понимаю, что заставило меня разоткровенничаться с вами… нет, Грегу говорить слишком рано. Родительские обязанности и без того слишком обременительны. Я бы хотел поговорить о ней с кем-то еще. Пытался найти специалиста, который мог бы осмотреть ее, не ставя девчонку в известность. — Он украдкой бросил взгляд на Фиону. — А теперь моя очередь разгадывать, кто вы такая. Готов ручаться, что вы изучаете философию. Я прав, мисс?.. — с широкой улыбкой спросил он.

— Миссис Сэмсон. Я замужем, и у меня двое детей.

— Вы не шутите? Не может быть! Двое детей; должно быть, они еще совсем маленькие. Мое подлинное имя Гарри Кеннеди. Очень приятно познакомиться с вами, миссис Сэмсон. Остается надеяться, что с девчонкой все будет в порядке. Я и раньше сталкивался с подобными историями. Не имеет смысла преждевременно беспокоить ее родителей. В конце концов, ведь речь идет не о наркотиках. Даст Бог, они тут не присутствуют. В школе у нее не очень хорошо шли дела. У нее явно нет склонности к академическим занятиям. Любит вечеринки, музыку и танцы; ей всегда это было свойственно, даже когда она была еще совсем маленькой. И читать она не любит. Лично я жить не могу без книг.

— Я тоже.

— На самом деле вы никого не провожали, не так ли? — неожиданно спросил он, не отрывая взгляда от дороги.

— Нет.

— Тогда почему вы оказались на вокзале?

— Так ли уж это важно?

— Случается, я бываю любопытен. Но мне повезло, что Пэтси заговорила именно с вами. Я не мог не обратить на вас внимания.

— Мне было нужно подумать.

— И мысли невеселые?

— Все относительно. Жизнь у меня неплохая, грех жаловаться.

— Вам надо выпить.

Она засмеялась.

— Может, я так и сделаю.

Он ехал прямиком в сторону Марилебона. Движение было спокойным. Ей следовало бы что-то сказать, показать ему дорогу прямо к дому, но она промолчала, лишь проводила взглядом машины за окном, струи дождя, мрачные лица водителей и бесконечные толпы промокших пешеходов. Он поставил машину на стоянку рядом с ухоженным многоквартирным домом в Мейда-Вейл.

— Пойдемте выпьем, — произнес он.

— Не думаю, что стоит, — сказала она, не двигаясь с места.

— У вас нет оснований чего-то опасаться. Как я вам и сказал, меня зовут Гарри Кеннеди. У меня аллергическая реакция на требование представить разрешение на работу, но во всем остальном я совершенно безобиден. Я работаю в отделении психиатрии в клинике Святого Базеля в Фулхеме. Когда они наконец выправят мне разрешение на работу, я буду жить долго и счастливо.

— Или отправитесь щипать травку на других пастбищах?

— Может быть.

— А вы в самом деле психиатр?

— Вы же не считаете, что я и это выдумал?

— Почему бы нет?

— Потому что эта профессия производит устрашающее впечатление при знакомстве. Посмотрите, какой эффект она уже произвела на вас.

— Только пару глотков.

— А потом вы отправитесь домой к мужу и детям, — пообещал он.

— Да, — сказала она, хотя дети были под присмотром толковой няни, а Бернард отправился в Берлин по делам, которые займут у него дня три.

Квартира Кеннеди была на втором этаже. Она вслед за ним поднялась по лестнице. Этот квартал был возведен в тридцатых годах и, если не считать нескольких щербин от осколков на гранитной облицовке фасада, благополучно пережил военное лихолетье.