Онлайн книга «Книга Фейшеса»
|
— Сеньорита Мерсе Ригау, – нотариус Казес положил шляпу на стол, открыл портфель и перешел к делу, – поручила мне сообщить вам, что желает получить на руки принадлежащие ей акции семейного дела для рутинной проверки. Так вот оно что. И зачем столько церемоний? Разве не могла она просто пойти к Суккарратсу? — Разумеется, я не могу чинить препятствий, – отвечал, обращаясь к нотариусу, сеньор Турмеда. – Однако не проще ли было бы… — Оставим простоту, Энрик, – вмешалась наконец сеньорита Ригау. – Я пришла за своими акциями. — Зайдите завтра в контору и справьтесь у господина Суккарратса. Не вижу, что может быть проще. — Они нужны мне сейчас. А дядю в известность ставить не требуется, – по крайней мере, пока я их не забрала. Понял? Сеньор Турмеда насторожился: тут что-то затевается, а он в стороне; это недопустимо. Тем не менее в просьбе тетушки не было ничего из ряда вон выходящего, если бы не то обстоятельство, что ничего нормального от этой женщины ожидать не приходилось. Чтобы потянуть время, он сослался на то, что сейф в ведении сеньора Суккарратса; но нотариус, все продумавший, вежливо попросил его сопроводить их к этому господину, заверив, что все законно, не волнуйтесь, будьте так добры. Беда в том, что, согласившись, он спровоцирует дядю. Отказавшись – разозлит тетку. А если эта женщина ищет союзников для масштабной операции? Щекотливая ситуация, которую надо подстроить под собственный хитроумный план, а то все раньше времени разлетится на куски. Он решил, что подумает об этом позже, и проводил их к дому сеньора Суккарратса. Тот, не задавая вопросов, с удивленным лицом и озабоченным видом взял ключ и пошел с ними на мануфактуру. Нотариус Казес внес все означенные шаги в протокол, поблагодарил обоих за любезное содействие, еще раз напомнил присутствующим, что их действия не только соответствуют закону, но и предусмотрены уставом компании, и они распрощались, когда уже смеркалось. На обратном пути нотариус постарался объяснить клиентке, что мануфактура и Акционерное общество текстильной промышленности Ригау – это не одно и то же; что последнее, помимо мануфактуры, контролирует значительное количество земельных участков и, до недавнего времени, плантации на Филиппинах. И что их акции, до недавнего времени весьма устойчивые, котируются на бирже, а семья владеет контрольным пакетом; другие акционеры – полузабытый дальний родственник по фамилии Канела, проживающий в Реусе, и депутат кортесов Аладерн, демагог местного значения, но полный профан в финансах; все так устроено, чтобы при любом раскладе семья оказывалась в выигрыше; но проблема, сеньора Мерсе, в распределении акций между членами семьи, потому что тут теперь все решает сеньор Жулиа, понимаете? * * * На следующий день озабоченный Энрик Турмеда ехал в двуколке с Солером по пустынным улицам, где на каждом шагу подстерегала опасность, а вывороченные булыжники затрудняли проезд экипажу. Но есть вещи, которыми поступиться невозможно: двуколка и Солер для сеньора Турмеды символизировали высокое положение в обществе. Все фабрики городка стояли, а торговля робко зашевелилась, готовая в любой момент замереть вновь. Некоторые лавки открывали двери, намереваясь закрыться, как только начнутся новые беспорядки. Энрик Турмеда явился на мануфактуру, когда уже пробило десять, и застал совет фабрики на экстренном заседании. Собственно, ничего другого они и не могли делать, ведь даже конторы в тот день не открылись. Неслыханная тишина в недрах фабрики наводила на тревожные размышления, от которых тянуло под ложечкой. По приказу сеньора Жулиа привратник замазал надписи на внешних стенах, и черные пятна производили на тех, кто подходил к мануфактуре, непередаваемое впечатление. |