Книга Да здравствует принц!, страница 194 – Фрэнсис Кель

Дарсериан проследил за моим взглядом, демонстративно цокнув языком. Я откашлялся и отвернулся. Вскоре профессор Бертран возобновил отработку выпадов, и мы работали до конца занятия, сделав ещё одну передышку в процессе. Я был благодарен Люмьеру за тренировки, иначе точно бы сегодня попал впросак. Складывалось впечатление, что все патриции далеко не новички в фехтовании.

Возвращаясь в строй, Леон тихо спросил Оливера:

— Всё хорошо?

— Жить буду.

— Осталось немного, – проговорил я.

— Ну и как тебе этот Романо? – спросил Оливер, вытирая пот со лба.

— Он силен, но действует на эмоциях, – хладнокровно заметил Леон. – А Эллиот?

— Нормально. Думал, будет хуже. – Оливер пожал плечами.

— У него не могло не быть подготовки, с таким-то отцом, – вмешался я, проведя пятернёй по влажным волосам.

— Как тебе Котийяр? – шёпотом спросил Оливер, когда профессор Бертран вновь построил нас в шеренгу.

— Лучше не спрашивай.

— Так всё плохо? – удивился он.

— Да. И плох был именно я.

Тут дверь открылась, и на пороге появился префект Плуто, Рамси Мур. Профессор Бертран тут же неторопливо направился к нему. Они о чём-то долго говорили. Профессор размахивал руками и качал головой, а Рамси, – лицо у него было такое, словно он сам не рад здесь оказаться, – разводил руками, но никуда не уходил.

Профессор Бертран обречённо выдохнул, потёр переносицу и вернулся к нам, после чего нервно сказал:

— Занятие подходит к концу. Тренируйте выпады в свободное время. Наконечники со шпаг не снимайте. Если я увижу у кого-то остриё, у вас будут большие проблемы. Все свободны.

И как только он закончил, префект Рамси всё-таки вошёл в зал, а рядом с ним…

— Скэриэл, – прошептал я, не веря своим глазам.

Это был действительно он, в форме патриция Плуто.

— Скэриэл! – воскликнул эхом Оливер, и я понял, что всё это происходит наяву.

Я хотел ринуться к нему, обнять, но Леон схватил меня за руку выше локтя.

— Не здесь, – настороженно прошептал он.

Скэриэл радостно улыбался нам. Кажется, он тоже был счастлив наконец оказаться здесь.

— Чернь, – донеслись до меня шепотки чистокровных. – Чернокровка в Академии.

С каждой секундой их становилось всё больше, будто пчелиный рой начал накрывать с головой.

— Почему чернокровка в форме Дома Плуто?! – злобно спросил Котийяр.

И этот вопрос будто стал спусковым крючком для остальных. Вокруг начали открыто возмущаться:

— Это же чернь!

— Чернокровка!

— Выгоните его!

— Разговоры! – прикрикнул профессор Бертран, и все тут же затихли. – Как вы смеете произносить подобные ругательства? Фехтовальщик, дуэлянт – это в первую очередь человек чести с прекрасным воспитанием. Почему вы забываете об этом?!

В зале вновь повисла тишина.

— Префект Рамси Мур пришёл познакомить меня с новым учеником. Но раз вы такие нетерпеливые, я представлю его вам. – Профессор Бертран указал на Скэриэла: – Это патриций Дома Плуто, полукровка Скэриэл Лоу.

— Он не может быть патрицием! – не остался в долгу Котийяр. – Патриции – это аристократы. Полукровка не может им быть. Это невозможно!

— Всё верно, – помедлив, согласился профессор Бертран. – Это не патриций, а плебей Дома Плуто.

Это не сильно всех успокоило. Шёпот вновь нарастал.

— А теперь занятие окончено!

Игнорируя всех, я торопливо направился к Скэриэлу. Мы обнялись, а следом на нас обрушился Оливер, прижавшись так крепко, что я думал, сейчас у меня треснут рёбра, которым и так пришлось несладко. Рядом встал смущённый Леон, и Оливер потянул его на себя, обнимая. Мы словно вернулись в ту счастливую ночь выпускного. Все глазели на нас, шептались, я слышал мерзкие ругательства тут и там, но мы, позабыв о всех, радовались долгожданной встрече.