Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 125 – Алекс Лоренц

— Вот это уже больше похоже на правду, – согласилась Людмила Игоревна. – Хотя все еще с натяжкой. Ладно, давайте побеседуем об одноклеточных.

Артем шумно выдохнул. Класс понял, что гроза прошла мимо, и зашумел.

— Для этого, – пыталась учительница перекричать детей, – нам понадобятся…

Когда она это говорила, дверь во второй раз за урок распахнулась.

Все дружно замолкли. По классу растеклось молчание, отравленное дурным предчувствием.

Швабра Смерти справилась со своими бытовыми проблемами пораньше и решила все-таки испортить детям день?

Что за запах? Как будто землю после дождя разрыли.

Гостья вошла в класс.

Нет, это была не Швабра Смерти.

Это была девушка. Стройная. Вероятно, еще вчера или позавчера красивая, а сегодня в драных колготках, перепачканной мини-юбке, сбившемся набок полосатом шарфике. В пышной пудельской прическе застряла всякая дрянь – увядшие листья, хвоя, фантик от конфеты. Скукожившийся презерватив. Гадость-то какая, боже…

Вика Чуева из десятого «А». Которая позавчера не вернулась домой.

Ее лицо как будто застыло. Угол рта съехал к краю подбородка. Обнажились нижние зубы. Кожа была с синевато-зеленым отливом. Правый глаз отсутствовал. На его месте – полуприкрытая веком пустота. Вокруг размазаны кровь и слизь – уже засохшие. Викины руки были измазаны землей. Ногти – обломаны до мяса. В левой руке – глянцевая дамская сумочка. С такими девки ходят на дискотеки. Один каблук сломан.

«Она зомбарь! – с ужасом подумал Артем. – Она сейчас кинется жрать наши мозги!»

Что делать? Прыгать в окно? Третий этаж – слишком высоко. Придется пробиваться к двери. Или в лаборантскую, которая тоже выводит в коридор. Когда Чуева кинется на первую жертву, начнется жуткий переполох. Все станут бить друг другу лбы, ломать конечности, вопить как резаные.

Боже… Ведь никто из них даже не догадывается, в чем дело! Ни один! Даже гребаная отличница Аня Шепелявко, очкастая дебилка. Ну и что, крысиная харя, помогла тебе твоя круглосуточная зубрежка? Зомбарям все равно, чем напичканы твои мозги. Они по вкусу все одинаковые.

— Вика, – произнесла Людмила Игоревна, облизнув пересохшие губы.

Десятиклассница-зомби вертела башкой. Мутный глаз вращался. Он вылез из орбиты и напоминал резиновый шарик-прыгун.

— Вика, – повторила Людмила Игоревна, от страха пустившая корни в пол.

Не разговаривай с ней! Не разговаривай с ней! Дура!

Чуева повернула голову к учительнице. Из ее горла вырвался булькающий хрип. Изо рта выплеснулась зеленоватая гуща с темно-багровыми прожилками.

Вика рявкнула по-собачьи.

— Ты ошиблась дверью. Твой класс на втором этаже, в кабинете химии, – скороговоркой выпалила Людмила Игоревна.

Вика рявкнула еще раз и сделала шаг к биологичке.

«Это конец», – подумал Артем.

По коридору разнесся боевой клич трех бегущих куда-то придурков. (Это был особый шик – пробежать по коридору во время урока, крича. Чтоб все учителя выглянули.)

Вика Чуева подпрыгнула на месте и прокрутилась несколько раз вокруг собственной оси. Как бы в продолжение этого движения она метеором вылетела в коридор, обронив сумочку. Едва дверь с петель не сорвала.

Ее хромой бег затих вдали.

Людмила Игоревна долго смотрела ей вслед, время от времени переводя взгляд то на зеленоватую слизь, то на брошенную серебристую сумочку.