Книга Стань светом в темном море. Том 4, страница 52 – Softcoral

Я уставился на его связанные руки и неуверенно спросил:

— Вы точно сможете потом освободиться?

— Да.

— Отлично. Потому что я вообще без понятия, как такие штуки открываются.

Молчание.

Если потом Син Хэрян попросит меня его освободить, я даже не пойму, с какой стороны подступиться.

— Просто… в фильмах ведь обычно сковывают металлическими наручниками…

Металлические наручники можно открыть ключом, который носят с собой. А стяжки, похоже, работают совсем по-другому.

Син Хэрян проверил запястья и спокойно заметил:

— Настоящие наручники довольно тяжелые. Носить с собой неудобно. Да и стоят дорого.

— Ага. Значит, кабельные стяжки – дешевые и легкие, потому и в ходу?

Информация, которую я вообще не хотел знать. Наверное, чтобы все это забыть, мне потом придется уехать куда-нибудь в горы и пожить там.

Из нас троих только Чжэхи был настоящим сектантом, поэтому именно ему предстояло идти первым. Мы выстроились в следующем порядке: впереди Чжэхи, за ним – Син Хэрян со связанными руками, а замыкал колонну я, держа под прицелом «пленника». Едва я направил ствол винтовки Син Хэряну в спину, как из груди у меня вырвался тяжелый вздох.

Стоило выйти из туалета, как стало легче дышать. Просто потому, что перед глазами больше не было ни трупа, ни окровавленного пола. Я изо всех сил старался выкинуть из головы образ Син Хэряна, отстирывающего в раковине окровавленную футболку, и не думать о мужчине, который упал замертво без звука, без единого стона.

Со стороны казалось, что мы не конвоируем пленника, а просто идем рядом. Впрочем, Син Хэрян был перепачкан в крови, шел, ссутулившись, с опущенной головой и едва держался на ногах. В целом создавалось впечатление, что мы с Чжэхи хорошенько его отделали и теперь ведем добивать. Я смотрел на его сгорбленную спину, и от этого зрелища внутри все сжималось. По походке было видно: ему реально хреново. Как в таком состоянии он вообще умудрился одним движением кого-то убить? Я всеми силами старался подавить бурлящие внутри чувства сострадания, тревоги и беспокойства.

Я ткнул Син Хэряна дулом винтовки в спину и нарочито грубо гаркнул:

— Шевелись давай!

Не поднимая головы, он едва слышно прошептал в ответ:

— Постарайтесь говорить как можно меньше.

— А. Понял. Простите.

Похоже, Син Хэрян с первой же фразы понял, что актерскими талантами я не блистаю.

Судя по всему, идущий впереди Чжэхи услышал наш диалог – он начал смеяться и никак не мог остановиться. Я даже запереживал, что нас кто-нибудь услышит.

К счастью, вскоре мы беспрепятственно добрались до центральной площади. Сектантов там оказалось куда меньше, чем я ожидал, – не двадцать, а человек пять от силы. Похоже, пока мы находились в туалете, они снова пытались тушить пожар – запах гари стоял такой, что щипало в носу.

Один из сектантов, завидев нас с Чжэхи, закричал:

— В лифт, живо! Эвакуируемся!

Ага. Значит, остальные уже успели перебраться на другую подводную базу.

Чжэхи как ни в чем не бывало махнул ему – понял, мол, – и жестом указал на Син Хэряна.

Заложники тем временем лежали перед статуей белого медведя в центре площади – кто лицом вниз, кто на боку. Некоторые пытались приподнять голову и посмотреть по сторонам, но с руками, связанными за спиной, и грудью, прижатой к полу, особо не подвигаешься. В основном все лежали, немного скособочившись. Я поймал себя на желании вглядеться в лица – вдруг здесь есть кто-то знакомый, – но сдержался. Чем дольше я буду разглядывать заложников, тем выше шанс, что кто-то в ответ начнет разглядывать меня.