Книга Влюбиться в мерзавца, страница 98 – Мария Высоцкая

— Что-то случилось? — интересуется мама.

Она спрашивает, а я и сказать ничего не могу. Я в трансе.

— Варя, ты меня пугаешь…

— А? Что? Прости… нас на лейбл приглашают. Поговорить, но, может, подпишут. Контракт с самым известным… мама, это такой шанс! Это всё меняет. Это же… это… — обхватываю ладонями свои горящие щёки.

Мама, конечно, толком ничего не понимает, и я объясняю снова. Медленно и более внятно. Что лейбл будет нас продюсировать, рекламировать, организовывать концерты и прочее.

— Ничего себе, — выдаёт папа Лёша. — Ну, такое отметить надо.

— Тебе бы только отметить, Лёш. Ничего же не ясно ещё.

— А я уверен, что всё получится у них.

Мама качает головой, но я замечаю на её губах улыбку.

Сама же плясать готова от счастья. Даже если нас не подпишут — это же огромный успех, когда такая махина обратила на нас внимание!

Заключительная глава выйдет в пятницу)

* * *

— Ты где, блин? — ругается Рат.

— Я уже… уже, — выхожу из-за угла. — Голову поверни, — смеюсь в трубку.

— Пиздец, смешно!

Он нервничает. Я тоже. Но мы даже не опаздываем — приехали заранее.

На ресепшене нас встречает девушка модельной внешности и проводит в комнату для переговоров, сообщая, что к нам подойдут минут через десять.

Все эти десять минут мы с Ратиком писаем кипятком. Страшно, но интересно.

Я сжимаю пальцы в кулаки так, что ногти впиваются в ладони. Ратмир сидит напротив, барабанит пальцами по столу, и этот глухой звук въедается мне в мозг. Мы оба молчим, потому что говорить не о чем. Всё, что можно было сказать, уже сказано по дороге. Сейчас остаётся только ждать.

Дверь открывается, и в комнату заходят двое. Мужчина лет сорока в дорогом костюме, с аккуратной бородкой, и рыжеволосая женщина в широких джинсах и красном пиджаке.

— Здравствуйте, Ратмир, Варвара, — мужчина протягивает руку сначала Рату, потом мне. — Я Артём, глава A&R. А это Елена, наш музыкальный продюсер.

Мы пожимаем друг другу руки и садимся обратно на диваны.

— Мы прослушали сорок процентов ваших треков, — начинает Елена без предисловий. — Это свежо.

Я замираю. Рат сидящий со мной рядом перестаёт дышать.

— У вас есть то, что сейчас очень сложно найти. Собственное видение, — продолжает она.

Артём кивает в такт ее слов, и перелистывает какие-то бумаги.

— Мы хотим предложить вам контракт. Пять лет. В них войдет запись альбома, думаю парочки, всероссийский тур, реклама. Но есть одно «но», — Артём поднимает палец. — Мы берём тех, кто готов работать двадцать четыре на семь, и тех, кто не говорит «нет». Вы готовы?

— Да, — выдыхаем хором.

Елена улыбается шире.

— Тогда предлагаю завтра же встретиться с нашим юристом, подписать предварительные бумаги и начать работу. Ваш дебютный сингл мы хотим выпустить уже через два месяца.

— Через два месяца? — переспрашиваю, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

Дальше — как в тумане. Рукопожатия, обещания созвониться, папки с документами, которые Елена вручает нам напоследок. Мы выходим из офиса на ватных ногах, потому что все это кажется каким-то чудом!

Я смотрю на Ратика и вдруг начинаю смеяться. Истерично, громко, не сдерживаясь.

— Нас подписали, — шепчу сквозь смех. — Боже, Рат, нас подписали!

— Надо отметить!

— Обязательно. Но сначала — позвонить всем. Полине, родителям… Ярику, — вырывается у меня само собой.