Книга Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями), страница 151 – Гарри Фокс

Элистрейд замолчал. Он смотрел на неё, и в его глазах читалась борьба. Он знал, что она права. Но он также знал, что наказание Калленов создаст проблемы. И он не знал, что хуже.

— Вы понимаете, что это создаёт опасный прецедент? — сказал он наконец, но голос его уже не звучал так уверенно. — Если студенты начнут решать свои конфликты с помощью магии…

— Они уже начали, — перебил я. — Каллены применили магию первыми. Я лишь ответил. И если Вы не накажете их, это покажет всем, что можно нападать на наследного принца и оставаться безнаказанным.

Элистрейд посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом.

— Вы понимаете, что я могу наказать всех? — спросил он. — И Вас, и Калленов?

— Тогда накажите, — сказал я, скрещивая руки на груди. — Но будьте готовы к тому, что об этом узнает император. И тогда уже он будет решать, кто прав, а кто виноват.

В кабинете повисла тишина. Элистрейд смотрел на меня, и в его глазах читалось что-то, чего я не мог прочитать. То ли уважение, то ли ненависть.

— Хорошо, — сказал он наконец, и в его голосе послышалась усталость. — Я не буду наказывать Вас. Но я также не буду наказывать Калленов. Пока что.

— Это несправедливо, — сказал я.

— Это политика, — ответил Элистрейд, и в его голосе послышалась горечь. — И Вы это знаете. Вы можете идти, Ваше высочество. Но предупреждаю: если это повторится, я буду вынужден принять меры. Независимо от Вашего статуса.

— Я понял, — ответил я, поднимаясь.

Мадам Вейн посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло облегчение. Она кивнула Элистрейду и направилась к двери. Я последовал за ней.

Когда мы вышли в коридор, она остановилась и посмотрела на меня.

— Ты в порядке? — спросила она тихо.

— Да, — ответил я. — Спасибо, что заступились.

— Я не могла поступить иначе, — сказала она, и в её голосе послышалась теплота. — Ты — не просто студент. Ты — тот, в кого я верю. И я не позволю, чтобы тебя сломали.

— Я не сломаюсь, — ответил я.

— Знаю, — сказала она. — Но постарайся не попадать в неприятности хотя бы до конца недели.

— Обещать не могу, — ответил я с лёгкой улыбкой.

Она улыбнулась в ответ.

— Хотя бы попытайся.

И, кивнув на прощание, направилась по коридору в сторону своего кабинета.

Я остался один. Голова всё ещё гудела, в груди ныло, но внутри разливалось тепло. Мадам Вейн заступилась за меня. И это значило больше, чем я мог выразить словами.

* * *

День тянулся медленно.

После разговора с ректором я вернулся в комнату и рухнул на кровать. Грудь всё ещё ныла, голова гудела, и я чувствовал себя выжатым до предела. Громир и Зигги ушли на пары, оставив меня одного с коммуникатором и мыслями, которые не желали успокаиваться.

Я лежал, глядя в потолок, и ждал.

Сообщение пришло ближе к вечеру. Короткое, сухое, без лишних слов.

«Ваше высочество. Информация о князе будет готова через два дня. Пока — отдыхайте. И не покидайте академию. Слишком много глаз».

Я перечитал его дважды. Потом ещё раз. Два дня. Два дня ожидания. Два дня, в течение которых я должен сидеть в академии и делать вид, что всё в порядке.

— Два дня, — сказал я вслух, откладывая коммуникатор. — Я могу подождать.

Дверь открылась, и в комнату вошли Громир и Зигги. Громир сразу направился к своей кровати и рухнул на неё с громким вздохом. Зигги сел за стол и принялся что-то писать в своём блокноте.