Книга Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями), страница 22 – Гарри Фокс

— Слышала, он лично выгнал двух студентов на этой неделе, — добавила Таня. — За то, что они целовались в библиотеке.

Лана фыркнула, прижимаясь ко мне.

— Ну, нам это не грозит, — сказала она, и в её голосе послышалась лёгкая насмешка. — Мы теперь будем делать это только в твоей комнате.

Я усмехнулся, поглаживая её по плечу.

— А что по империи? — спросил я, переводя взгляд на Марию. — Что в столице?

Мария вздохнула, поправила юбку и отпила глоток.

— Напряжённо. Эгнилос не успокаивается. Делегация уехала ни с чем, и, судя по всему, они готовятся к чему-то более серьёзному. Отец… император… он старается держать ситуацию под контролем, но советники давят. Многие дома хотят пересмотреть договор с ОГД, особенно те, кто потерял доходы от торговли.

— А ОГД? — спросил я.

— Верген молчит, — сказала Мария. — Он выполнил свои обязательства, но не делает лишних шагов. Это настораживает.

— Он может ждёт или занят делами своей страны, — вмешалась Лана. — Он знает, что империя ослаблена, и ждёт, когда мы сделаем ошибку.

Я кивнул, обдумывая услышанное.

— А что насчёт Громира? — спросил я, переводя взгляд на Зигги. — Что с ним?

Зигги помрачнел. Он отставил стакан и посмотрел на меня серьёзно.

— Плохо, Роб. Он под домашним арестом. Его отец и брат держат его взаперти. Они не хотят, чтобы он имел с тобой дело. Говорят, что ты — угроза для их дома, и что Громир должен забыть о тебе.

— Он пытался сбежать? — спросил я.

— Пытался, — ответила Таня. — Дважды. Его ловили, избивали и запирали в его комнате. Сейчас он там, в своём поместье, и, судя по всему, его семья планирует отправить его в другую академию, подальше от Маркатиса. Говорят, что даже за пределами княжества Дубина.

Катя сжала мою руку, и я почувствовал, как она переживает.

— Мы должны что-то сделать, — сказала она тихо. — Он наш друг.

— И Оливия его любит, — добавила Мария.

Я помолчал, чувствуя, как алкоголь смешивается с гневом и решимостью. Девушки прижались ко мне ближе, и я погладил их по волосам, кроме Кати… у меня две руки только. Она вместо этого запрокинула голову вверх и положила её на мой пах.

— Я напишу письмо его отцу, — сказал я. — От моего имени. Как наследного принца. Если он не отпустит Громира, я лично приеду и заберу его.

— Это может быть опасно, — сказал Зигги. — Напряжение ещё летает в империи, даже после твоей победы.

— Мне плевать, — ответил я. — Громир — мой друг. Я не брошу его.

Лана прижалась ко мне ближе и прошептала:

— Я с тобой.

— И я, — сказала Мария.

— И я, — добавила Катя, сжимая мою руку.

Мы замолчали, чувствуя, как этот вечер становится важным не только для нас, но и для наших друзей. Бутылка почти опустела.

— За Громира, — сказал я, поднимая крайний стакан.

— За Громира! — поддержали все.

Мы выпили, и я почувствовал, как усталость накрывает меня. Девушки обнимали меня, целовали в плечи, в шею, а организм вовсю кричал, что я ещё не восстановился. И Зигги кричал, когда мои девушки попытались пару раз выгнать Таню и его из комнаты. Летали подушки, разлетался смех, а я уже провалился в сон, чувствуя, как на мне пытаются уместиться три вкуснопахнущих тела. Они постоянно ёрзали, ругались. И чем все это закончилось, я так и не понял.