Книга Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями), страница 94 – Гарри Фокс

Я закрыл дверь, осмотрел комнату, убедившись, что пусто, и открыл сумку.

Виверна выбралась наружу и сразу же уставилась на меня своими голубыми глазами. Я развернул бумагу, положил мясо на стол и показал на него.

— Ешь, — сказал я.

Она посмотрела на мясо. Потом на меня. Потом снова на мясо.

— Ну давай, ешь. Ты же хотела.

Виверна подошла к мясу, принюхалась, и её хвост начал медленно двигаться из стороны в сторону. Затем она нагнулась, откусила большой кусок и начала жевать — нагло, высокомерно, как будто делала мне великое одолжение.

— А ты наглая, — сказал я, глядя на неё. — Прямо как хорёк.

Виверна не обратила внимания, продолжая уплетать мясо. Я присел на корточки рядом с ней, наблюдая, как она ест. Она была маленькой, но в каждом её движении чувствовалась какая-то хищная грация.

Я осторожно протянул руку, чтобы погладить её по голове.

Ледяная проказница тут же отвлеклась от еды, стремительно повернула голову и цапнула мой палец зубами.

— Ай! — выдохнул я.

Она отпустила палец и снова вернулась к мясу, будто ничего не произошло.

Я посмотрел на свой палец — на нём остался маленький след от зубов, но не было крови. Она дала понять, что её нельзя трогать во время еды.

— Хорошо, — сказал я. — Ты… ты Злыдень. Ты злая и вредная. У тебя характер, как у Ланы.

Я смотрел на неё, чувствуя странную гордость за то, что она теперь у меня есть, и усмехнулся.

— Злыдень, — повторил я. — Подходит тебе. Ты прямо как… как маленький ледяной вредитель.

Виверна доела мясо, облизнулась и посмотрела на меня с выражением, которое могло означать только одно: «Мало».

— Больше нет, — сказал я, поднимая руки. — Завтра.

Она нахмурилась, но не стала спорить.

Я уже собирался вернутся в комнату… И тут до меня дошло. Я посмотрел на часы на стене. Восемь тридцать пять. Восемь тридцать пять! У меня через двадцать пять минут начинается пара. Я даже не позавтракал! А копия Ланы сидела и требовала добавки. Я выругался про себя, схватил сумку и засунул виверну обратно. Она не сопротивлялась — только выразительно фыркнула.

— Всё, — сказал я, направляясь к двери. — Пошли.

Надеюсь, профессор не заметит моего опоздания. А если заметит, у меня есть замечательное оправдание: я кормил виверну. Хотя… это звучит не очень убедительно. Особенно для профессора, который никогда не видел виверны. Я выбежал из класса, оставляя за собой тишину и ощущение, что это только начало безумия.

p. s. Злыдень — девочка… ну не посмотрел Роберт под хвостик. Бывает…

Я влетел в коридор, сжимая сумку с виверной, и на полном ходу чуть не сбил с ног какого-то первокурсника. Он пискнул и прижался к стене, а я даже не извинился — просто пробежал мимо, оставляя за собой шлейф паники и запах сырого мяса.

Оливия ждала меня у двери моей комнаты. Она стояла с идеально прямой спиной, сложив руки на животе, и выглядела так, будто собиралась на аудиенцию к императору, а не к масштабной уборке. Увидев меня, она чуть приподняла бровь.

— Господин, я думала, Вы на парах.

— Скоро, — выдохнул я, открывая дверь и впуская её в комнату. — Сейчас, быстро.

Я заскочил внутрь и осторожно, чтобы не придушить виверну, открыл сумку. Она вылезла сама — неторопливо, с достоинством, как хозяйка, которая осматривает свои владения. Её голубые глаза пробежали по комнате, задержались на кровати, на книгах, на стуле, и она, кажется, осталась довольна, что беспорядок остался прежним.