Книга Предатели тоже плачут, страница 130 – Анна Шнайдер

Все люди боятся смерти.

И я — не исключение.

Дэн

На четвертый день своего молчания я вспомнил, что хотел ещё что-нибудь связать, и начал шарф для Даши. Да, не кофточку — решил, что в этот раз свяжу вещь полегче. Для практики. Мне казалось, что кофту ей будет принимать неловко, а вот шарф — нормально.

Мы с Жорой и Решей сняли ролик про строительство приюта, а ещё — про то, как идёт дело «Суккубы». Рассказ про ночной клуб совместили с интервью следователя, который настолько легко согласился его дать, что я подозревал: он тоже в курсе, кто такой Дэн Кубик. И кстати, ролик получился отличным, очень интересным и познавательным, тоже в какой-то мере про подвиги — только уже не мои, а сотрудников следственного комитета.

В ночь с пятницы на субботу я гулял по городу, отчего-то чувствуя: Даша в этот вечер проводит время со своим новым мужчиной. Может, до секса у них и не дойдёт… впрочем, неважно. Секс — не главное в близости между людьми.

Погода была гораздо лучше, чем неделю назад — природа наконец определилась, что на дворе зима, а не загадочное межсезонье, и снежный покров установился хороший, пушистый, но мороз был совсем небольшой, комфортный для прогулки — около семи градусов ниже нуля. Из-за этого я и протаскался по столице до утра…

В студию вернулся около шести, тихо открыл дверь ключом, вошёл… и едва не вышел обратно, увидев Решу и Жору вместе на разложенном диване. Да, они лежали под одним из пледов, но оба явно были голыми. Обнимали друг друга, она доверчиво прижималась к его груди щекой, а Жора… Господи, ну и довольная у него рожа!

Чужое счастье горчило, но я всё равно разулыбался, как дурак.

Смилостивилась государыня рыбка! Вот и отлично. Пусть хотя бы у кого-то в личной жизни всё будет хорошо.

Я старался особо ничем не греметь, сразу пройдя в отсек студии, который у нас был кухней — кофе или хотя бы чая хотелось смертельно, — но Реша и Жора тем не менее проснулись. Она ойкнула и, прошипев что-то недовольное, завернулась в плед, оставив друга обнажённым, и убежала в туалет, подхватив с пола свою одежду.

Я открыл рот, чтобы ехидно сказать: «Я могу тебя поздравить?», но тут вспомнил, что мне надо молчать до воскресенья, и захлопнул его.

— Да ладно, ничего говорить не обязательно, — хмыкнул Жора, зажав рукой причинное место, и потянулся за собственными трусами на полу. — Я и сам всё понимаю. Но рано радоваться. Ты же знаешь Решу…

Вот тут я был не согласен с Жорой.

Я знаю Решу. Она из тех, кто если уж решит — то навсегда. Зря я ей, что ли, такое прозвище дал?

Но ладно, промолчу. Пусть Жора не расслабляется и продолжает ухаживать. Реша этого заслуживает.

Дэн

Заниматься очередным подвигом до того, как закончу молчать, было невозможно, поэтому прошедшую неделю я считал небольшой передышкой для себя. Передышкой перед серьёзным испытанием.

Но до этого испытания, в выходные — только на сей раз в воскресенье, поскольку в субботу Поля была на дне рождения школьной подруги, да и мой срок по молчанию ещё не закончился, — я вновь встречался с детьми. Решили немного побыть культурными людьми и с утра наведались в Третьяковку, потом погуляли, пообедали в кафе — и вот там-то, дождавшись, пока Лёшка убежит в туалет, Поля призналась: мама аккуратно говорила с ней о своём решении. И о том, что сводить нас бессмысленно… мол, чтобы Поля больше не пыталась вытащить её в кино вместе с нами. Не теряла время понапрасну.