Книга Неудавшееся свидание, страница 148 – Бет О'Лири

Джейн проходит по всем пунктам из своего списка, который сжимает в потных ладонях. Жалоба на домогательства, которую она видела на столе. Деньги, которые Ричард ей заплатил. Правда об их отношениях – постыдных, уродливых и бурных.

Они задают ей много вопросов, по большей части на тему ее согласия; она должна была предвидеть такой поворот, но не предвидела и теперь чувствует себя очень неуютно. Она взяла деньги Ричарда; она подчинялась ему вполне добровольно; она любила его. Обсуждать ее зависимое от него положение – значит снять с нее часть вины, а она еще не совсем готова простить себя за то, что позволила Ричарду управлять своей жизнью. Ей надо более тщательно все обдумать. От этого разговора ее начинает подташнивать: она словно качается на волнах, а линия горизонта пляшет перед глазами.

Они добры к ней. Ведут себя профессионально, но в то же время мягко. Она смотрит в их серьезные, внимательные лица и внезапно вспоминает об одной надписи на стене в квартире Эгги, которая гласит: «Большинство людей – дерьмо, и что ты с этим сделаешь?» И думает: «Я буду обращать внимание на тех, кто изо всех сил старается не быть говном».

— Спасибо, Джейн. Я провожу вас до первого этажа, – говорит руководитель отдела кадров, поднимаясь с места. На ней черная юбка-карандаш и жакет; на колготках в районе икры виднеется маленькая затяжка, а из аккуратного пучка волос выбилось несколько прядей.

— Вы можете… У вас есть возможность рассказать мне, что произошло в День святого Валентина в две тысячи шестнадцатом году? Мне всегда хотелось это знать, – говорит Джейн, как только они, попрощавшись, выходят из кабинета и за ними захлопывается дверь.

— Боюсь, не имею права, – отвечает ее сопровождающая, когда они входят в лифт. Она прикусывает губу. – Но это было ужасно. Он оказался замешан в одном весьма неприятном деле. Но все, что вы рассказали, нам очень помогло. – Она с шумом втягивает воздух. – Ему недолго осталось работать в этой фирме, это я вам гарантирую. Впрочем, как и в любой другой. Я не должна так говорить, но мне кажется, вы заслуживаете того, чтобы это услышать.

— Спасибо, – говорит Джейн, ликуя в душе. Ей не хочется никому желать зла, но она не может побороть желание хоть немного навредить Ричарду.

Лу и Эгги ждут ее внизу, в зоне отдыха. В приглушенно-сером интерьере офиса Эгги выделяется, как дорожный конус на асфальте. Они обе вскакивают на ноги, когда Джейн прощается с руководителем отдела кадров, а потом замирают в нерешительных позах, как люди, которые хотят тебя обнять, но не уверены, что стоит это делать.

Джейн улыбается им, глядя на лица, излучающие заботу. Две женщины, которые были ей почти чужими всего несколько месяцев назад, сегодня здесь и из кожи вон лезут, чтобы окружить ее вниманием. Ее переполняет благодарность за то, что они есть, и она испытывает невероятное облегчение, оттого что пришла сюда и посмотрела правде в глаза.

— Пойдем пить чай, – предлагает Джейн, и ее улыбка становится шире. – Я хочу булочку с корицей.

В итоге, проведя в раздумьях целый день, Миранда так и не приблизилась к пониманию, чего же она хочет, но одно знала точно: ей что-то нужно от Картера, и она не сможет оставить его в покое, пока не добьется своего. Наконец она вспоминает, что ненавидит думать, принимает душ, чтобы привести себя в порядок после работы, сдергивает с радиатора джинсы и фланелевую рубашку и, как была, с мокрыми волосами и в недостаточно многослойной для февральского вечера одежде, отправляется к дому матери Картера. И вот она уже на пороге и стучит в дверь.