Книга Любовь – это путешествие, страница 101 – Бет О'Лири

Адди

Я выбегаю из ванной, практически отталкивая Маркуса. Комнату не различить сквозь пелену темноты и слез. Залезая в кровать, случайно толкаю Деб коленом и бужу ее.

— Адди?

С головой скрываюсь под одеялом.

— Классика, иначе не скажешь! – разоряется Маркус в ванной так громко, что, наверное, даже Родни проснулся.

Я крепко зажмуриваюсь и пытаюсь сосредоточиться на дыхании, но оно становится все более сбивчивым.

— Лучше бы мы пешком поперлись в эту шотландскую дыру, чем с ней в одной машине! – возмущается Маркус, еще повышая тон.

— Не обращай внимания, Адди, – говорит Деб, забираясь ко мне под одеяло. – Они сами попросили их подвезти. И ты же знаешь этого гаденыша.

— Замолчи! – велит Дилан Маркусу.

Мы с Деб вздрагиваем: никогда еще не слышала, чтобы Дилан говорил так резко. Ни во время ссор, ни в тот день, когда меня бросил.

— Просто замолчи!

Мы лежим неподвижно. Я не вижу Деб, но чувствую на себе ее взгляд.

— Не знаешь – не лезь! И я не позволю тебе так говорить об Адди! – продолжает Дилан.

— Шутишь, что ли?!

— Что случилось? – недоуменно спрашивает Родни с другого конца комнаты.

— Чего я не знаю?! – орет Маркус. – Почему ты вечно это твердишь? Да я один здесь знаю, о чем говорю! Я сделал эту гребаную фотографию, Дилан, или ты забыл? Я лично видел, как она сидела у него в кабинете, а он ее лапал за ногу, как…

Кажется, дело вот-вот дойдет до драки.

Из желудка поднимается ком. Увы, в самом прямом смысле. Деб крепко, до боли, сжимает мою здоровую руку, но я вырываюсь, мчусь в ванную, расталкиваю яростно дерущихся и хрипящих Дилана и Маркуса, и оказываюсь у унитаза как раз вовремя…

Дилан

Я никогда раньше не видел Маркуса таким. В волосах какие-то куски еды, в глазах пустота, как у зомби. Гостиная завалена коробками от еды, и каждый метр пола кажется липким, вонючим, а по ковру расплывается газировка – наверное, Маркус случайно пнул бутылку, когда шел открывать мне дверь.

Он пошатывается, и я кое-как успеваю его поймать, морщась при этом от исходящего от него запаха.

— Маркус, что происходит?

Прошло три месяца с тех пор, как я ушел с ужина с Адди и нашел Маркуса, бредущего пьяным посреди дороги возле дома с бутылкой в одной руке и телефоном в другой. С тех пор я старался как можно чаще бывать с ним, но этого мало. Ему требовалась серьезная помощь. В сентябре на пару недель приезжал Люк, да и Грейс довольно долго пробыла в Чичестере – признаться, куда дольше, чем я ожидал. Они с Маркусом хорошо ладят, ему с ней спокойно, вот только Грейс уехала в Бристоль, чтобы отвлечься от лондонской модельной тусовки, а Люк уже вернулся к Хавьеру в Нью-Йорк.

Дни становятся короче и пасмурнее, а Маркус ведет себя все более странно. На прошлой неделе он пытался забраться на мусорный бак, а когда я спросил, зачем, он только палец к губам прижал.

— Всему свое время, друг мой. – Прилипшая к его футболке пустая пачка из-под чипсов трепетала на ветру, как крылья бабочки. – Всему свое время.

Сегодня вечером мы с Адди собирались в Уилтшир – я наконец-то решил познакомить ее со своими родителями, но придется все отменить – не могу бросить Маркуса в таком виде. Представить страшно, какая из-за этого выйдет ссора, но что поделать.

— Я знал, что ты придешь, – бормочет Маркус, когда я помогаю ему добраться до дивана. – Знал.