Книга Любовь – это путешествие, страница 55 – Бет О'Лири

Дилан

Остаток лета мы с Маркусом ездим по миру. Со временем плечи привыкают к тяжести походного рюкзака. Я посещаю десятки удивительных мест, снежно-белых пляжей, непролазных зарослей джунглей, где без мачете и шагу не сделаешь. Речные круизы, битком набитые поезда, шумные рынки, жара, выпивка, бесконечные вопросы о будущем и каждый, каждый день – тоска по Адди.

Казалось бы – вот оно, лето моей жизни, но я не нахожу себе места, куда бы мы ни направились. Там, в солнечном Провансе, я нашел ориентир – меня переполняла любовь к Адди, и впервые я был беззаботно счастлив и доволен тем, кто я есть. Увы, все это осталось во Франции, с ней. Уверенность пропала.

Порой, к собственному отвращению, мне лень даже вылезти из кровати. Я бесхребетный нытик, не способный закончить стихотворения. Всегда на шаг позади Маркуса. Вечное разочарование отца.

Он звонит, когда мы в аэропорту в Камбодже. Адди уезжает домой через три дня. Маркус пошел купить воды, а я стою у табло вылетов. Мы собирались остаться в стране, недельку побыть в провинции Сиануквиль перед отъездом, но, может, вернуться в Англию прямо сейчас? Встретить Адди в аэропорту, увидеть радость на ее лице, когда она заметит меня в толпе ожидающих и бросится в объятия.

— Тебе лучше вернуться домой! – с ходу велит отец.

Сейчас конец августа. Согласно первоначальному плану, мы должны были быть дома несколько недель назад – но какой смысл возвращаться в Великобританию, пока Адди все еще во Франции?

— И тебе привет, папа. – Тон получается мягче, чем планировалось: в последний момент беру себя в руки.

— Хватит дурака валять. Сколько можно пропадать на континенте?

— Подумаешь, всего несколько недель, – хмурюсь я.

— А кто будет подавать на стажировку? Все сроки вышли! Что ты творишь, Дилан? Когда ты наконец повзрослеешь?

Смотрю в потолок. От косых полос света перед глазами пляшут клеточки, как на килте. Отвечать отцу необязательно, он все равно скажет, что думает, независимо от моей реакции или ее отсутствия.

— Наверное, планируешь жить у нас?.. Хотя о чем я, ты и планирование – вещи несовместимые. Мама считает, что нет смысла покупать тебе квартиру в Лондоне. И я согласен. Ты еще не заслужил.

Мама хочет, чтобы я сам решил насчет Лондона. В некотором смысле, ее стойкая вера в меня еще хуже, чем полное разочарование отца.

— Поговорим, когда вернешься. Пристрою тебя к себе. Будешь каждое утро ездить в Лондон, но что уж теперь.

Падаю духом от каждого слова. Я – марионетка в руках кукловода.

Маркус возвращается с двумя бутылками воды. Он оброс, загорел и обветрился, одежда на нем так и просится в стирку. Друг ухмыляется и бросает мне воду. Я не могу поймать ее с телефоном в руке, и бутылка попадает прямо в живот.

В глубине души я понимаю, что сам надумал проблему. Передо мной целый мир возможностей! Я могу делать все, что захочу – мало кто может похвастаться тем же. Но у страха нет логики. Он внушает: будущее ужасно и неизбежно, и что бы я ни делал, меня ждет провал.

— Вообще-то, я собираюсь задержаться еще ненадолго, – вставляю я, когда в монологе отца наступает пауза.

Гробовая тишина. Даже приятная, – как почесать комариный укус. С той секунды, как увидел имя отца на экране своего телефона, я знал, что эта тишина наступит; все, что ей предшествовало, лишь нагнетание напряженности. Я уже разочаровал отца – дальше разговор пойдет проще, как ни странно.