Книга Королевы и монстры. Месть, страница 156 – Джей Ти Джессинжер

У меня сжимается горло. В глазах встают слезы. Я прерывисто вздыхаю и чувствую, что лечу.

— Значит, я тебе нравлюсь, да?

Не отрываясь от моих губ, он шепчет:

— Я боготворю тебя, моя сладкая, болтливая маленькая королева.

— Докажи. Я все еще на тебя злюсь.

Мал коварно улыбается и целует меня снова, на этот раз жестче. Его стоячий член пульсирует у моего бедра. Когда он входит в меня, я ахаю и выгибаюсь. Единственная слеза сбегает на мой висок.

Он хриплым голосом шепчет мне на ухо:

— Папочка дома.

Я смеюсь, но смех быстро переходит в стон, когда он начинает засаживать мне, опустив голову, чтобы поцеловать, а потом и укусить мою шею. Я закидываю ноги ему на талию и руки –  на плечи, прижимаясь к нему, пока он заполняет меня: и тело, и душу.

Я знаю, что он всегда хотел меня уберечь. Защитить меня, чего бы это ему ни стоило. Но он не понимал, что для спасения мне не нужен светлый рыцарь. Мне нужен дракон.

Мне нужен он, и так будет всегда.

* * *

А потом я лежу в его объятиях, потная и пресыщенная, опустив голову ему на грудь. И мое сердце поет. Мой шепот нарушает тишину гостиничного номера:

— И что будет теперь?

Он ворочается и приподнимается, чтобы поцеловать меня в макушку.

— А чего ты хочешь?

Мгновенно ему отвечаю:

— Я хочу вернуться в твой домик в лесу.

Его смех –  как гулкое урчание у меня под ухом.

— Ты имела в виду, в наш домик в лесу.

У меня пальцы на ногах сжимаются от счастья.

— По, кстати, по тебе скучает.

— Я тоже скучаю по этой большой, тупой, нахальной птице.

— Главное, чтобы он не услышал, как ты называешь его тупым. Он украдет все твои шнурки и сделает себе из них накидку.

— Не сомневаюсь. А знаешь, по чему еще я скучаю?

— По чему?

Я улыбаюсь.

— Ванный ритуал.

Он отвечает с улыбкой в голосе:

— Мне показалось интересным, что героиня в твоей книге тоже часто принимает ванну. Странное занятие для призрака.

Когда я представляю, что он сидел в своем доме и перелистывал страницу за страницей моего исписанного блокнота, когда меня не было рядом, мое сердце тает.

— Это были ее воспоминания. О жизни до того, как она умерла.

Он всерьез задумывается.

— Да, точно. Она же не знала, что умерла.

— Судя по твоему тону, мне необходимо внести ряд правок.

Его ладонь соскальзывает у меня со спины, и он берет меня за подбородок, запрокидывая голову, чтобы поцеловать.

— Нет, все идеально. Только тот парень, в которого она была влюблена при жизни, похож на гориллу.

— Он не горилла! Он мачо!

Он выразительно смотрит на меня.

— Только не говори мне, что ты списала этого персонажа с кого-то из знакомых!

Я мило улыбаюсь.

— Я бы не стала! Тем более это все равно, скорее всего, незаконно.

— Что незаконно, так это размер его члена. Готов поспорить, так она и умерла, да? Пробитое легкое?

— Знаешь, что? Больше ты не будешь читать мои незаконченные вещи!

Мал сжимает губы. Я вижу, что он пытается не рассмеяться. Тыкаю его под ребра и со вздохом упираюсь макушкой в его подбородок.

Когда он снова заговаривает, его голос становится серьезным:

— Будет очень опасно.

Имеется в виду его жизнь. Как будто я уже этого не знаю.

— Если ты можешь незамеченным проникать в секретные явки по всему миру и в дома, окруженные вооруженной охраной, а также вламываться на гангстерские свадьбы, то ты сможешь меня защитить. Я тебе доверяю. К тому же вспомни о хорошем. Я теперь умею стрелять!